Ведьмина травка. Первая книга цикла под общим названием «Старая сказка на новый лад»

она приоткрыла ротик, приняла член и, захватив мои ягодицы, притянула себя, заглатывая его.. я сжимал её голову руками и, двигая бёдрами, погружал член в горло, вытягивал и снова запихивал.. её язычок скользил по члену, а через нижнюю губу стекала и капала слюна.. мои движения стали резкими и отрывистыми.. её груди тёрлись об мои колени и, когда волна сладострастия изливалась спермой, она, плотно обхватив член губами, сосала и высасывала и глотала её..

Наташка встала, облизывая губы и обтёрла ладошкой подбородок – Хм, а ты знаешь, как отвлечь и успокоить

– Но я же ничего не делал, всё само собой получилось!

Наташка посмотрела на бледнеющий восток – Мне пора

– Но ты так ничего и не объяснила мне, Наташка!

– Потом, потом всё расскажу

Сердце сладко заныло, но я ничего не сказал

– Мне нельзя надолго оставлять своё царство

– Твоё царство?!

– Да

– Так ты царица тридевятого царства? И я.

– Да, ты трахал царицу и теперь не отвертишься. И, если не согласишься стать моим мужем, я велю своим слугам отрубить тебе голову… ннет, головку, голова ещё пригодиться – Наташка была в своём амплуа.

– Пока, мой сладкий. Скоро свидимся снова – и она зависла в воздухе и, описав надо мною круг и опИсав меня, взвилась вверх по дуге и исчезла.

Часть вторая. Тридевятое царство

Глава I. Встреча

Прошло три месяца.

На дворе был сентябрь, начало второй декады. На полях совхоза (когда-то, совхоза, а теперь ООО) шла уборочная, а в огородах, сельчане, копали картошку.

Картошкой были засажены все шесть соток. После смерти матери, отец сажал на огороде одну картошку.

Я только начал, выспавшись и вылежавшись, аж до двенадцати часов дня. Подкопав вилами несколько рядков, я выбирал картошку из кустов и раскладывал по вёдрам: крупную и мелкую.

День был пасмурный, но тёплый и даже немного парило, под низко нависшими сизыми тучами.

Скрипнула дверь туалета и периферийное зрение уловило движение. Я медленно выпрямился и повернулся.

Ко мне подходила Наташка.

Ведро выскользнуло из моей руки и глухо стукнувшись о землю донышком, звякнуло дужкой.

Она была всё так же прекрасна, только под глазами залегли тени, носишко заострился, на щеках и на лбу проступали пигментные пятна и мне показалось, что её округлые формы несколько сгладились.