Хранитель

Последние остатки хмеля испарились из дурной рыжей головы, оставив лишь животный страх.

Ветер. Легкое дуновение. Касание.

Он не был плохим человеком. Обычный подольский гопник, молодой волчонок, ищущий свою стаю, пытающийся убить одиночество в пьяном угаре, разбавленном чужим унижением.

Хорошим он тоже не был.

Ветер. Легкое дуновение. Касание.

Он не понимал, что сейчас приближается к нему из темноты. Не понимал, почему не слушается натренированное в спортзале тело. Куда делись его кореша, с которыми всего десять (десять?) минут назад так резво лилась в глотку «Биленька».

Что-то холодное и высокое прижалось к спине, не давая отползти дальше, лишая последних минут на этой такой неуютной, но такой желанной земле.

– Ой, не тиха речка журчит, – послышалось в шуме деревьев.

Спугнутый сдавленным хрипом, всполошено взмыл в ночное небо отъевшийся за день голубь. Где-то под Горой завыла сигнализация брошенной на ночь старенькой «Тойоты», хозяин которой как раз поднимал тост «За нас с вами».

– Ой, не рыжа белка бежит, – отозвалась Ночь.

И наступила тишина.

Яркий солнечный зайчик пробежал по стене, обласкал изящный стан гитары, подмигнул деревянному мечу, скользнул по форзацам книг, осторожно отразился в лезвии охотничьего ножа, перепрыгнул на кинжалы, порезвился с кортиками, сполз на подушку и мягко коснулся подбородка спящего человека. Вставай, мол, утро! Необходимость пробуждения тут же подтвердил музцентр. «Еще одно утро ложится зарубкою на приклад», – донеслось оттуда.

Виктор потянулся, широко зевнув, направился в ванную. Попытка умыться успехом не увенчалась. Оба крана весело вертелись на сорванной резьбе, словно продолжение смутного ночного марева, где мелькали какие-то невнятные, но откровенно недружелюбные тени.

Небольшое зеркало отразило подпухшую с недосыпу округлую мордаху, с которой смотрели черные, слегка раскосые глаза.

«Не, я, конечно, в душе сантехник, но не до такой же степени!»

С чего-то вспомнился недавний Новый год, тусовка фидошников и героическая борьба с забастовавшей сантехникой, завершившаяся победным распитием остатков шампанского над поверженной раковиной.

«Вот, блин, придется на рынок тащится».

Кое-как поплескавшись на кухне, парень, подмигнув замку Ричарда за окном, включил компьютер.

«Никитин! Ждем свежака с нетерпением! Шеф под тебя рубрику «городских историй» согласен выделить! Афтор пиши еще!» Улыбнувшись, Виктор закрыл письмо.