Шут из Бергхейма. Красный Хёрг

Вот если бы он был жирным коротышкой с замашками педофила и каким-нибудь уродством на морде – неприязнь казалась бы логичной, юзер-мать-его-френдли. Так всегда делают в правильных историях. Но нет, тут сунули нормального мужика, на лицо даже благородного.

Сотканный из пыли странник остановился. Фигура подрагивала, как от помех, тело окутывал пар из-за падающих капель.

– Это моя вина, – сказал конунг. – Я приказал им убивать задохликов.

Серый Человек молчал.

– Если ты явился обрушить свою ярость на наш мир, то накажи действительно виноватого и оставь в покое невинных, – голубые глаза воина горели безумием.

 – Я нарушил запрет. С меня и спрашивай.

Местный бог даже не пошевелился. Он словно не слушал. Так остановился – дух перевести и засмотрелся на что-то.

– Это было моё решение! – повысил голос Миккель. – Слышишь ли ты меня? Я…

Конунг захрипел, схватился за горло, отрываясь от земли. Серый Человек молчал. Викинг крутил ногами, будто оседлал невидимый велотренажер. Лицо его побагровело.

Северяне вокруг зашумели. Мечи полезли из ножен. Конунг поднимался выше и выше, пока не завис на высоте метров десяти, хрипя и суча ногами.

– Конунг?! – ахнул кто-то совсем рядом. – Братья, наш конунг!

Я тяжело вздохнул и вытащил свою ржавую железку. Медленно. Нарочито. Будто артефакт древний высвобождал. Не то чтобы викингов впечатлить… Просто, чтобы не порезаться.

– Я буду драться за двоих! – голос предательски дрогнул. – За троих. За десятерых. За себя и за Сашку!

Серый Человек дождался, пока конунг перестанет дергаться, и молча двинулся дальше.

Труп с чавканьем и бряцаньем грохнулся на дорогу.

На нас обрушилась тишина. Опешившие от увиденного северяне смотрели на покойника, не веря в случившееся. Словно ждали, будто вождь сейчас поднимется, рассмеётся, и мы все будем обниматься и хохотать. А потом вместе упрыгаем в сторону заката.

Но конунг не оживал.

Дождю явно прибавили громкость. Где-то на заднем фоне заржала лошадь, но испуганно притихла. Северный мир замер.

Я пошевелился, под ногами скрипнул камушек.

И тут викинги ринулись в атаку, будто бы едва различимый звук выдернул их из оцепенения.

– Дипломат ты, скажем так, «ниочень», – буркнул я Серому, поднимая меч.

Глаза резанула вспышка. Меня дёрнуло куда-то, звуки стали глуше, словно сверху опустился купол. Вокруг Серого Человека разошлось ослепительное кольцо света, и там, где оно касалось норманнов – к небу поднимался столбик дыма, превращая воинов в ничто.