Шут из Бергхейма. Выводок

Я подпрыгнул на кровати, стряхивая липкую паутину кошмара.

Света стояла у печи и визжала.

– Что такое? Что случилось? – Снежок оттолкнул ее назад, еще не проснувшись, но уже выставив перед собою меч.

Юра висел у двери. Голова свернута набок. Петля перекинута через балку у потолка. Выпученные глаза остекленели.

– Млять… – сказал я.

Мимо промчался Стас, он зачем-то обнял одеревеневшее тело, попытался его приподнять и закричал:

– Помогите, помогите! Режьте веревку.

Игнат поспешил ему на помощь. Рубанул наотмашь, и труп Юры грохнулся на пол.

Затем охотник флегматично открыл дверь и выглянул наружу.

– Стас, он, скорее всего, с поля идет, – сказал Книгожору. Тот сидел на полу, над телом Кренделька. Вздрогнул, услышав голос Игната, а затем неуверенно улыбнулся. Олег приобнял Свету, успокаивающе ей что-то нашептывая. Судя по тому, как та прижалась к альбиносу, – к парочке лучше не лезть.

Я перешагнул труп Юры, выбрался на улицу и уставился на поле. Над горами полыхало зарево рассвета.

Прохлада немного отрезвила, развеяв последние следы ночного кошмара. Чертов сон напугал больше, чем висящей у двери труп. Может, я тоже из этих, из социопатов? Тут вроде бы человек умер. Пусть и в игре, но все же.

Юры нигде не было видно.

– Через сколько после возрождения исчезает тело? – спросил я.

– Через двадцать – тридцать минут, – сказал Игнат. Он встал рядом со мною. Невозмутимый, внимательный, зорко оглядывающийся.

– Тело коченеет через сколько?

Охотник поджал губы. Кивнул:

– Ты прав, Лолушко.

Это странно.

– Егор, – поправил его я.

– Какая разница? – не посмотрел на меня Игнат. – Пойду, прогуляюсь до поля.

– А Ловелас?

– Я тоже охотник. Если почувствую его – отойду.

Игнат ловко спустился с холма и пошел в сторону поля, а я вернулся в дом. На душе стало чуточку тревожно. Если сначала думалось, что тараканы у всех свои, и Юра так мог выбросить пар, то теперь, глядя на его окоченевшее тело и не видя поблизости воришку – закрадывались нешуточные подозрения: на этот раз здесь возникла совсем не игровая ситуация.

Разумеется, никто ни на какую работу не пошел. Лишь Игнат отправился на озеро, на рыбалку, и то скорее всего для того, чтобы не оставаться в королевстве уныния. Исчезновение Кренделька будто разорвало общину. Лишь Олег да Света держались вместе. Миша не выходил из дома, а Стас не отходил далеко от сарая, погруженный в свои мысли.

Я же вспоминал ночной шепот Кренделька и слово «Характеристики».