Шут из Бергхейма. Выводок

 – Пипец – на плаксе вайпнуться. Вы чего, после такого позора хотите на ласта идти? Играть научитесь, крабообразные.

– Да я с интерфейсом переиграл, виноват.

– Вот посиди на лавочке, посмотри на травушку, да настрой свой гребанный интерфейс! – сказал Валько. – Три вайпа на фармовом боссе – я очень разочарован.

Вы исключены из рейдовой группы

Рейд-лидер у нас суровый. Он, наверное, социопат. Или как там называются люди, которые никогда ни с кем лично не общаются? Наш клан встречался уже трижды, многих я знал лично, а вот Валько, бессменный лидер, не появлялся ни разу.

Маг в голубом балахоне – вот и все, что мы о нем знали. Маг, прекрасно знающий тактики, великолепно разбирающийся в механике всех классов, всех боссов и схватывающий на лету любое событие на поле боя. Талант от Бога, честное слово.

Тьма ушла, и я оказался на холме у старой мельницы со сгнившими лопастями. Дорожный указатель, на котором висельниками болтались плетеные куклы с глазами-шишками, покосился. Хмурые тучи скорбно плыли над черной землей с мертвыми деревнями.

Когда-то тут правил Штайнессер, пока не перебрался в подземелье. Вместе с половиной жителей.

Дорога спускалась к храму, где я только что покарал весь рейд.

Один за другим у мельницы появлялись наши. Кое-кто смотрел на меня недовольно, кто-то подмигнул ободряюще. Табуреддкин хлопнул по плечу и бросил:

– Рачина!

– Не рачина, а крабик, – поправил его я.

Из-под шлема булькнул смешок.

– Все шутишь? – рядом оказался Валько.

– Нет, – ответил я.

 – Какие шутки. Разве можно с такими вещами вообще шутить? Разве нормальный человек будет шутить над ситуацией, когда двадцать девять величайших героев Лайланда погибли?! Но я ведь ломать. Я стараться. Я бить большого плаксу моей острая палка сильно-сильно. А он…

– Хватит, Егор, – сказал рейд-лидер. Валько в голубом балахоне висел в полуметре над дорогой. Его одеяние красиво трепал ветер. Куклы на столбе раскачивались. – Ну, не смешно уже. Что за донные ошибки? Ну, совсем на тебя не похоже.

– Да шут его знает, Валько, – неожиданно для себя серьезно ответил я. Развел руками, показывая на темный, мрачный мир вокруг нас:

– Может, надоело это все? Каждую неделю одно и то же. Скучно. Как на работу.

Лицо мага скрывал капюшон. Волшебники любят такую таинственность. Логично, конечно. Может, у него там глаза рыбьи, или жидкая поросль усиков вместо бороды, или прыщи со спичечную головку. А так – черное ничто, очень драматично и загадочно.