Мертвая пехота. Книга первая. Крах

Кожа у подозрительного солдата была желтоватой и скорее походила на лист старого пергамента. Росчерки бледных морщин придавали лицу болезненный вид. Но на сухих губах царила легкая улыбка, и жрица даже залюбовалась раненым.

Она сверилась с бегающими по кромке хрустального гроба огоньками датчиков. Все в норме. Все даже более чем в норме. Несмотря на нездоровый вид – система диагностировала великолепное здоровье у пострадавшего.

– С ним все в порядке, Лаэна. Почему его к нам доставили? Тем более в саркофаге? – с недоумением произнесла Нара.

– Конечно, досса Нара!

Лекарь торопливо прошла к желтолицему. Защелкала клавишами, сноровисто отключая системы консервации.

Нара вернулась к тому саркофагу, где в ледяной ванной скрючилось тело изуродованного бойца. Склонилась над ним. Несмотря на всю типичную схожесть тяжелораненых солдат – этот не был похож на прочих. Его словно…

Жевали? Рвали на куски? Проткнули насквозь? Да что у них творилось-то в спасательной шлюпке? Как он смог несколько дней протянуть до того момента, как его вытащили люди Элая?

– Готово, досса Нара, – подобострастно склонилась Лаэна.

Клацнул, откинувшись в сторону, купол саркофага. Жрица подошла ближе, глядя, как струится наружу пар. Первую странность она отметила, когда почувствовала едкий запах, проникший в больничный отсек. Легкие резануло так, словно воздух заполнился тысячами мелких игл. Нара закашлялась. Лекарь же двумя пальцами заткнула нос и с омерзением уставилась на раненого.

– Глубина меня поглоти, чем от него так воняет? – спросила жрица.

– Не знаю, досса Нара. Но…

Человек открыл глаза.

– Ох, – испуганно отшатнулась от него Лаэна.

Это была вторая странность. После пребывания в замораживающем саркофаге раненые приходили в себя не сразу. Иным и вовсе требовались недели.

Человек скосил взгляд сначала на замершую Нару, а затем уставился на лекаря. И улыбнулся. Тонкие губы хищно раздвинулись, обнажив темные зубы.

Жрица сделала шаг назад:

– Лаэна… – прошептала было она.

И тут человек резко сел. Рывком, будто его сложила пополам неведомая сила. Руки с почерневшими венами вцепились в борта саркофага. Кожа на предплечьях лопнула, обнажив хитиновые шипы

– Лаэна, назад! – закричала Нара.

Тварь, выбравшаяся из ледяного гроба, выкинула вперед левую руку и неестественно вытянувшаяся кисть проткнула лекаря насквозь. Лицо Лаэны перекосилось, глаза расширились.