Мертвая пехота. Книга вторая. Изгои

Что нам ещё нужно знать – то нам донесут. Понял меня?

Намёк в голосе был совсем не прикрыт.

– Так точно, дор ловур.

– Что мы должны искать-то? – вновь подал голос Дребор. – Кого ловить? Что с ним делать?

– Это прекрасный вопрос, друг мой, – ощерился Мернандо. – И прекрасный ответ, который всем понравится. Мы не знаем кто это, не знаем, как он это делает, не знаем, когда. Но если кто-то из бойцов увидит что-то подозрительное – то включает видеопоток и берёт его живьём. Это вот обязательно.

– Твою ж мать… – простонал Дребор.

 – Почему живьём…

– Я знал, что тебе это придется по душе. Всё, расходимся. Гарбандер – отдыхай. Спасибо за дотошность.

– Есть, дор ловур. Служу Империи.

Тактики вскинули было руки, в салюте, но кто-то сразу опустил, кто-то едва коснулся груди кулаком. Мернандо же не пошевелился. Он царапал Ланса взглядом, затем медленно поднялся и грохнул себя по груди. Под его тяжёлым взором остальные тактики послушно повторили жест.

– Ты прав, Гарбандер, – сказал ловур.

 – Мы служим Империи. Потому что империя – это мы.

Глава четвёртая. Рэм Консворт

От ведра воняло. Рэм отодвинул его как можно дальше, но не помогло. Вся тесная комнатушка пропиталась смрадом его экскрементов. Он съёжился на брошенном прямо на пол матраце, вновь уставился в экран терминала. Пальцы скользнули по клавишам. Под стальным ошейником чесалось, Консворт покрутил головой, унимая зуд.

Не такого обхождения он ожидал. Коренастый татуированный Параноик запихал его в комнату-камеру, без окон и мебели, посадил на цепь и заикаясь сообщил, что еду будет давать только в обмен на информацию, которую запросит Падаль.

Выходить, разумеется, нельзя. Туалет в ведро. Воды – литровая бутылка в день. Короче, условия для плодотворной работы ему создали такие, какие, видимо, были приняты в Трущобах умели. Потому и результат получали соответствующий.

В голову постоянно лезли воспоминания о прошлой жизни. О работе в особняке Нувалов. Об уютном Доме Раскаянья.

Да, судьба над Рэмом откровенно издевалась. После беседы с предводителем банды как-то оптимистичнее всё смотрелось. Но ничего… Ничего…

Первые два дня ещё были силы на гордые отказы. Рэм требовал, чтобы пришла Падаль, говорил, что не станет сотрудничать в такой обстановке, что лучше сдохнет. Параноик кивал, закатывал цепь, притягивая хрипящего Консворта к стене, менял ведро, сбрасывал стопор и уходил.

Кушать, конечно, хотелось. Спасала работа.