Духи севера

Ахмед щёлкнул кроссовками и вытянув рука по швам, ответил: «Если надо, я всегда готов», на что именно он готов, никто не узнал, потому как у азиата от избытка чувств случился столбняк, он стоял с улыбкой и дико вращал чёрными глазами.

Если Инга была любимицей дома, то Ахмед был надеждой и опорой, его прислала управляющая компания, чтобы он следил за своевременным вывозом мусора с мусоросборника и подметал участок, прилегающий к дому. Но вскоре выяснилось, что он мастер на все руки: производит сантехнические работы, разбирается в электрооборудовании и никогда никому не отказывает в просьбе.

Невысокий с недельной щетиной седых волос, Ахмед вскоре получил прозвище Золотой и не обижался, когда его так звали жильцы дома. Жил он в подвальном помещении, в своей подсобке, где спал и ремонтировал технику, никогда не пользовался воздуходувкой для уборки листвы, понимая, что её гул не любят жильцы. У него не было друзей, никто не знал откуда Золотой и есть ли у него близкие, но в больших тёмных глазах иногда была такая тоска, что жильцы дома говорили с ним на пониженных тонах с уважением, достойным важных персон. Одни создают сами свою личность с помощью знакомств, денег, пиара в СМИ и обещаниями, которые, как правило не выполняются, Золотой мало говорил, но смог расположить к себе жильцов, потому как сам видел в них достойных уважения людей. Даже самые отъявленные скандалисты замолкали, наткнувшись на его взгляд, управдом Елена Карпонос как-то на общем собрании жильцов так и сказала: «У меня дома в углу висит икона, которой молилась, когда страдала онкологией, хочу повесить в другой угол фото Золотого, он как святой спасает наш дом от всех коммунальных болезней и заставляет людей уважать друг друга». Когда выпадала свободная минута Ахмед брал подмышку маленький коврик и поднимался на плоскую крышу дома, расположившись лицом к востоку начинал молиться. Никто не знал, что он просил у Аллаха, но многим казалось, что этот человек наделён редким качеством сопереживать с другими их боль от жизненных неурядиц. Золотой не любил пустых разговоров и с первого взгляда определял сущность стоящего перед ним человека, поэтому его общение с жильцами ограничивалось короткими фразами.

Единственный человек, который спускался проведать Ахмеда был пенсионер с одиннадцатого этажа Георгий Никитин, тихий, лысоватый, с лицом по которому можно было определить его отношение к жизни.