Духи севера

Впереди, с распущенными седыми волосами в белой ночной рубашке, босиком шла старуха, а за ней с испуганным видом плёлся Жора. Со стороны это выглядело, как поход на экскурсию в преисподнюю, где проводником является старая ведьма, знающая царство мёртвых, как свои пять пальцев. Вскоре она стояла на кухне у плиты, готовя омлет, а он сидел на стуле и слушал эту странную женщину: «Пилюльки, примочки, уколы – всё это липа, обман, чтобы человек потерял веру в себя, в свой организм и побыстрее освободил место для других на этом свете.

Надоело мне лежать с видом умирающей, в окружении мензурок и уток, вспомнила слова своей подруги Веры: «Запомни Клава, только злость и ненависть к окружающим лечат от болезней, приток адреналина убивает любую хворь». У Верки сын рецидивист, на руках её носит, когда на воле, потому как живёт по понятиям, а мои дети-интеллигенты ждут, когда я сдохну, чтобы нажиться от продажи моей квартиры. Только вот им! Старуха скрутила костлявый кукиш и поднесла Жоре под нос. Она выключила газ и задумчиво сказала: «Хочу опять переписать завещание, Жора, не обижайся, но желаю, чтобы после моей смерти, деньги, вырученные от продажи квартиры пошли в воровской общак, на помощь сидельцам. Попы призывают к смирению и любви к ближнему, а ты Жора попробуй ненавидеть людей, желать им мучительной смерти, а придя домой разорвать зубами подушку, представляя, что это твой недоброжелатель. Обещаю, спать будешь, как младенец, а утром встанешь свежий, как огурчик. Посмотри на меня, утром каталась на качели, а когда ты уйдёшь буду осыпать проклятиями прохожих, но ты не бойся, ты, Жора, такой же одинокий горемыка, а мы своих не кусаем». Они ели омлет, хозяйка спохватилась и достала из буфета шкалик водки, посмотрев на гостя, она оскалилась:

«Кто глушит водку по утрам

Тот поступает мудро.

Чтоб водку пить и морду бить,

На то оно и утро».

Баба Клава хрипло рассмеялась, показав жёлтые протезы и налив зелье в рюмки, тез тоста выпила свою, закрыв глаза от предвкушения тепла, разливающегося по телу.

Всё происходящее Жора не мог объяснить, пока смотрел в нерешительности на рюмку, баба Клава взяла и выпила её, а потом сказала разочарованно: «Не компанейский ты мужик, Жора, хотела напоить тебя, а потом совратить пьяного, значит не судьба, пойду прилягу и предамся своим безумным фантазиям». Вернувшись к себе, он растянулся на диване и уставился в потолок, а через минуту начал хохотать.