Духи севера

Одновременно с этим, население почувствовав тоску по творчеству, начало творить прямо на улицах: возникали кафе, таксовать стали все, у кого была машина, некоторые женщины самовыражались в занятиях проституцией, а спекуляция захлестнула все слои общества, но это уже были не спекулянты-обдиралы, а коммерсанты-предприниматели.

Жильцы дома, построенного немцами, поняв, что строительные нормы и правила на время забыты, стали благоустраивать своё жильё путём реализации своих больных фантазий. Целыми днями не смолкали звуки работающих перфораторов и удары кувалд по бетонным стенам монолитного дома, что-то передвигали, что-то убирали, у подъезда громоздились горы мусора и стояли машины с мешками цемента.

Не успевал дом, истерзанный ремонтами немного отдохнуть, как въезжал новый жилец и всё начиналось сначала, обитатели уже до того привыкли к шуму, что грудные дети засыпали не под звук колыбельной, а под визг режущей арматуру болгарки. Шли года, менялся мир, менялись люди, а среди жильцов образовался коллектив старожилов-пенсионеров с активной жизненной позицией, принадлежащих к исчезающему типу людей, для которых взаимовыручка, искренняя дружба и христианская добродетель были не пустыми словами. Эти люди, как экипаж военного корабля, прошедшего с боями по морям и потерявший в сражениях многих своих товарищей, поняв, что находятся в том возрасте, когда никому не нужны, стали заботиться друг о друге, потому как это помогало им жить и придавало этой жизни какой-то смысл. Они устали возмущаться творящемуся вокруг беззаконию, глупости людей и падению нравов, поэтому смотрели на этот мир с горькой улыбкой, потому что искренне улыбаться давно разучились. Учёные мужи на своих научных конференциях хвастались своими новыми разработками в сфере нано-технологий, получая за это солидные гранды, а здесь ветераны так же, как и раньше их родители, делали водочные компрессы на суставы, сосали валидол от боли в сердце и мазали ранки зелёнкой. Вокруг уже стояли не ободранные пятиэтажки, а новые красивые высотки, среди которых двенадцатиэтажный дом уже казался недомерком, случайно оказавшимся среди более высотных строений. Район расширялся, людей становилось больше, а для застройщиков важна была прибыль, а не комфортное проживание новых жильцов, по этой причине детская площадка у двенадцатиэтажки была единственной в округе, что делало её центром мироздания местной детворы.