Дембель на Банда

Летом в пять часов солнце вовсю светит и греет.

Первым делом Андрей был во дворе Светланы. Ноги сами привели его сюда, не куда-нибудь, а именно к дому любимой. Расположившись на лавочке под тенистым деревом, откуда хорошо был виден подъезд девушки, Андрей набрал номер телефона.

– Привет, как дела? – спросил он.

– Хай ту ю, Андрюшенька? У меня всё окей. Ты, наверное, опять на посту, бедняжка, со своим другом – автоматом.

– Почти угадала, – весело ответил парень. – На посту, только без друга. Ты дома?

– Да.

– Одна?

– Пока одна. Подружка сейчас должна зайти, в театр собрались.

– Так, может, я … – Андрей хотел сказать «зайду», но Светлана опередила, не дав договорить.

– Позвони потом, Андрей, – протараторила она, – ко мне Людка пришла, я открою. Бай, бай!

«Вот дубина, – обругал себя Андрей. – Надо было сказать, что я здесь. – Ладно, когда выйдет с подружкой, подрулю незаметно».

Он взглянул в сторону подъезда, где стояла иномарка. Кроме парня, приехавшего на «Опеле», в подъезд никто не входил, и у Павла закралось сомнение.

Андрей обошёл вокруг лавки и вновь присел.

«Не может быть, – отгонял он мысли, – Светка не может, не может лгать».

Он вновь позвонил.

– Не помешал? – спросил уже без энтузиазма.

– Андрей, я перезвоню, как освобожусь, и поговорим. Понимаю, тебе скучно, но я тороплюсь.

– Хорошо, – согласился он, буду ждать.

Мысли одолевали. «Неужели тот пижон на драндулете и есть „Людка“? Всё, – решил он, – если через пять минут не выйдет, зайду сам.

Через некоторое время Андрей увидел того же парня, выходящего из подъезда. Он направил пульт и машина открылась. За ним следом вышла Светлана. Андрей обомлел. Он сдвинулся по скамейке ближе к краю, где его прикрыла ветка дикой яблони. Света села в машину, и они выехали со двора.

Опустив голову, Булатов сидел под яблоней, соображая, что сказать девушке при встрече. Сделать вид, будто ничего не видел, или сразу выяснить отношения, расставить все точки?.

Он встал и пошел, куда повели ноги, так и не решив ничего. Зайдя в магазин, купил водку, сосиски, батон. Дойдя до парка, присел на длинную скамейку, на которой сидел мужчина лет сорока пяти в поношенном костюме, неособо опрятной внешности. Видимо, он пребывал не в настроении, потому как небритое лицо было встревоженным, а губы вздрагивали, будто пытались выплюнуть накопившийся негатив.