Архив Смагина

Солнце, отражавшееся в воде, слепило глаза, расстояние не ближнее – в ней слабо просматривались фигурки двух, может, трёх человек.

– Чужаки. Повадились. Может, опять наука? До неё сейчас? – проворчал дед Михаил. – Иль беглые какие? Иль до яшмы да других каменьев любители?

Лодка быстро скрылась за скалой. Море – тихое, слабый прибой. До берега донёсся приглушённый расстоянием всплеск, неясные крики. Дед и мальчик прислушались. Тихо – только шум моря.

«Никак кричали, деда?» – спросил Кирилл и тут же подумал: может, чайки – души погибших моряков.

Об этом он как-то прочитал в книжке, не помнил в какой. Сравнение ему не понравилось – надоедливые они, крикливые, прожорливые. Возможно, речь шла об океанских чайках, им не виденных. Океан большой, там штормы, огромные корабли, волны в двадцать саженей, не меньше. И ещё там есть «ревущие сороковые» широты. Кирилл отметил их расположение на старенькой карте, рассчитал расстояние – далеко. Там, в Океане, все может быть…

– Далеко. Может, и кричали. Шумные. Повадились тут.

Дед с тревогой посмотрел на мальчика.

– Ты смотри, осторожней в скалах. Не приведи господь…

Мальчик кивнул, улыбнулся: он уже большой и, как себя вести и в море, и на суше, и в скалах, давно знает. Дед и сам должен это понимать – не раз видел содранные в кровь коленки, пару раз вытаскивал из ладони внука рыбацкие крючки. Мальчик прекрасно плавал, нырял, без особых усилий мог за считанные минуты набрать с полведра рапанов – знал места и их координатами делился неохотно. А что касается мидий, так эту охоту Кирилл даже считал за себя зазорной – проще не бывает.

Кирилл попробовал корзину на вес:

– О! И гостям, и нам хватит.

– Всем хватит. И гостям, – задумчиво с нескрываемым недовольством произнёс дед. – Сегодня гости – завтра хозяева. Кто их знает.

– Говорят, они из ЧК? – спросил мальчик.

– Много говорят. Может, и из ЧК. Время такое. Сегодня ЧК, а завтра…

Дед вздохнул.

– А лодку ты им дашь? – спросил Кирилл.

– Спросят – дам.

Дед взвалил вёсла на плечо, подхватил одну ручку корзины, Кирилл быстро схватил черпак, сумку и взялся за вторую ручку.

Подняли добычу, тронулись. Дед оглянулся, окинул взглядом море, покачал головой. Яркие солнечные лучи, отражавшиеся от воды, больно ударили в глаза, он отвернулся, хотелось смахнуть пот со лба, но руки были заняты. Дед Михаил ранее не замечал порой охватывающей его сиюминутной беспомощности. В последнее время она стала его раздражать и вызывала лёгкие приступы грусти.