Маленькая Лиза

Вот и сейчас чужой небритый человек выложил передо мной фотографии Жени и Антибренда (точно такие же висели на стене в стороне от покойников), Любимого и Друга, и, спокойно покуривая и не сводя с меня глаз, ждал, что я послушно, с холодным сердцем, возьму и предам одного из них.

Они что, идиоты, менты? Или наоборот – просто знают, что именно так все и происходит в жизни и поэтому с их лиц не сходит налет усталого отвращения ко всему на свете?

Я посмотрела на лежащие в свете лампы фотографии.

– Ты не молчи, не молчи – прохрипел Мент с той стороны лампы – Время позднее. А еще и поспать надо хоть пару часов…

– Я не молчу – голос у меня был такой испуганно-дрожащий, что самой себя стало жалко – Но вы что… Вы действительно думаете, что это они?… Ну, в смысле – кто-то из них?…

– Я ничего не думаю – отрезал мент – Я уже обо всем подумал. Так, осталось некоторые детали уточнить…

– Да какие детали?! Вы что!.

– Ага… – Мент насмешливо оскалился. И снова оскал получился издевательски-волчьим. Я вспомнила, что в фильмах уголовники кричат им «– Волки позорные!». Теперь понятно, почему.

– Знаешь, давай я тебе кое-что объясню – Мент протер лицо, поморгал глазами, прогоняя усталость – Ты же, по сути, еще ребенок…

– Я не ребенок. В тринадцать лет чувствуешь себя совсем взрослым, вы просто забыли.

– Ну, тем более – не стал спорить мент – Так вот, сразу пойми – всякая там преданность, дружба, любовь, клятвы, финансовое партнерство, прочая фигня, все это заканчивается там – он кивнул в сторону мутного зарешеченного окна, за которым шла своим чередом жизнь – А здесь, у меня, не то, что девчонки-малолетки – здоровые крутые мужики сдают подельников, корешей, любовниц… Жен сдают!.. Братьев родных!..

– Почему? – тихо спросила я.

Мент нагнулся ниже к столу и глухо заговорил.

– Потому что страшно в тюрьме… Очень страшно, понимаешь?… Страшнее ничего на свете нет… Вот они и делают все, что угодно, лишь бы в камеру не попасть!.. Даже на сутки. На ночь!.. А за укрывательство убийцы тебе не сутки полагаются, сама понимаешь…

Он, конечно, просто старался напугать меня, это ясно. Но у него получилось. И вид у меня, наверное, был жалкий, потому что Мент опять смягчился.