Музыка для богатых

Я по «Энимал плэнет» смотрел… Оказывается, если тигр хоть раз человека сожрал – аллес, на всяких там сусликов и смотреть не хочет. Категорически. Даже с голодухи. Переселяется поближе к деревне, караулит день и ночь, ждет, пока кто – нибудь из аграриев зазевается… Что интересно – их, тигров этих, обычно мочат, а тут австралийцы одного живьем поймали. И поселили, ясное дело, в заповедник. А там такое животноводство – ну жри-зажрись. Только с человечиной перебои – туристов на бронированных «Нисанах» возят, и то редко.

– Получается, мы здесь, в Москве, все – людоеды? – невесело спросил Никита.

– А то ты сам не знаешь… – пожал плечами Микерин – Ты мне лучше скажи – у тебя жилье есть?

Никита вспомнил угрюмую неоплаченную комнатуху, вонь гниющего подъезда, ледяное дыхание призрака в туалете и неуверенно ответил:

– Есть.

– Понятно. Нету – бодро подытожил Микерин – Ладно, не парься, у меня, кажется, идея появилась…

Он вынул из кармана безумно дорогой сотовый и коротко нажав кнопку, приложил ее к уху.

– Алло, Марик, это я…

Больше Никита ничего не услышал, потому что одноклассник, продолжая разговор, растворился в сумерках, отойдя метров на тридцать, к подземному переходу. При этом было ясно, что с его стороны это – не хамство, а скорее деликатность, но Никита все – равно почему-то обиделся. И еще загрустил.

«Ну вот, еще одно чудо» – думал он, глядя на плывущий мимо поток москвичей, которых освещение дело похожими на серо-золотистые тени – «А что толку? Нет, серьезно, какой толк от чуда, если ему положено радоваться, а никакой радости и близко нет?…»

Почти сразу ему стало стыдно.

«Прости меня, Господи» – уныло подумал он – «Я, конечно же, неблагодарная свинья… И по отношению к Тебе, и по отношению к Микеше, которого Ты мне послал. Вон он как со мной возится. Накормил, дал денег. Даже кокаину отсыпал… А ведь мы в школе даже не особенно дружили…»

В ту же секунду, как кокаин всплыл в памяти, его захотелось употребить.

«Что же я за тварь дрожащая?» – привычно спросил он сам себя – «Не умею быть счастливым даже когда мне насыпают мешочек счастья легко и задаром! Прямо проклятие какое – то…»

И тут же понял, что не какое – то, а то самое – давнее, майское, надмогильное, пахнущее весенним полнолунием и вечностью… И сразу успокоился.