Геном дьявола. Часть 1: Клуб «Нимостор»

Хотя Алексей прекрасно знал, что человек способен привыкнуть к чему угодно, так что такой вид для местных – это уже привычная повседневная обыденность.

Через минуту они повернули направо, на Клинский проезд. Видимо, где-то тут и был вход на территорию больницы.

– Етить-колотить! Я и не думал, что она такая огромная, – удивленно сказал Ершов, внимательно рассматривая здание через окно.

– Да, здоровая махина. Чтоб её обойти целиком, и суток, скорее всего, не хватит, – задумчиво ответил Алексей.

– А кто сегодня из прокурорских на дежурстве, никто не в курсе? – спросил у всей группы Коля, как только перестал глядеть в окно.

– А хрен знает, вроде Вдовин должен быть, – ответил за всех Васильев.

Микроавтобус подъехал к небольшим воротам в заборе, именно тут и находился официальный вход на территорию больницы. Рядом уже стояло несколько полицейских машин, а у самих ворот стояли патрульные, мимо проходили и настороженно озирались прохожие. От ворот к больнице шла небольшая асфальтная дорожка, а рядом с ней располагались небольшие строения и сторожевые будки ЧОПа.

– Приехали, – вяло произнёс водитель по имени Слава.

Алексей и остальные оперативники вышли из микроавтобуса.

– Ну что, куда идти, начальник? – иронично спросил Коля Ершов у Алексея.

33-х летний Алексей Васильев совсем недавно получил звание майора и был назначен старшим оперуполномоченным на Петровке, 38, в 1-й оперативно-розыскной части, или в убойном отделе, как его все называли.

Несмотря на свой возраст, майор Васильев выглядел очень молодо, на вид ему едва ли дашь больше двадцати восьми.

Омолаживающий эффект внешности Алексея придавали два обстоятельства: худощавое телосложение и приятное гладко выбритое лицо, которое украшали аккуратно стриженные короткие черные волосы, высокий лоб и тонкие губы. Почти аристократическая внешность майора на первый взгляд никак не сочеталась с такой грубой и опасной профессией, как оперативник уголовного розыска. Боевой настрой и решительный характер выдавали в Алексее лишь внимательный и пронзающий взгляд его больших карих глаз.

Васильев пока еще не особо свыкся с ролью старшего опера, но всегда готов был проявить инициативу в отношении любого расследования. И сейчас был особый случай – больше всего Алексей в своей служебной практике питал ненависть к убийцам и маньякам, которые лишали жизни беззащитных и невинных людей по совершенно непонятным любому нормальному человеку причинам.