Технология проклятия

Такую страну просрали, мудачье поганое… Сразу предупрежу, Максим, вы тут с братом тоже ни на что особо не рассчитывайте.

– Почему?

– Совсем хреново тут сейчас. «Треугольник» наш еще в перестройку начал понемногу сыпаться. Как на галоши спрос упал, так и заказов сразу резко поубавилось. Но тогда хоть деньги какие-никакие платили, и вовремя. А сейчас после развала Союза вообще тут полная жопа настала. Оборудование толком не ремонтируют, инструментов новых нету, сокращения постоянные. Зарплату эти черти мало того, что урезали, так еще и, мля, задерживают каждый раз по две-три недели.

Так что зря вы ребята сюда пришли, зря. Это мне, пердуну песочному, осталось пару годков до пенсии потерпеть, а вам-то тут вообще делать нехер по большому счету.

– Ну, идти сейчас и так особо некуда. А тут хоть рядом с домом, где квартиру снимаем.

– Ну, так-то дело ваше. Поработайте, авось понравится… – Иван Степаныч глянул на часы. – Так, уже почти девять часов. Ну, давай хоть попробуем тебя подучить на этом чудо-агрегате хреначить.

Работал до этого на производстве?

– Ну так, во Пскове, в путяге когда учился, месяцок водили на практику на один завод.

– Понятно. Ну, смотри, – Петрович начал демонстрировать Максиму станок и описывать технологию. – Вся эта хреновина называется резиносмеситель. Здесь мы делаем предварительную смесь из необходимых ингредиентов. Одевай сразу намордник, а то легкие в первый же день угробишь к чертям собачим.

Наставник дал Стрельцову обычную марлевую маску с фильтром и продолжил рассказывать:

– Вот это котел смесителя. Сюда вываливаем каучук, сажу и масло, а потом запускаем машину. После того, как всё это добро предварительно смешалось, добавляем ускорители и запускаем еще раз. Давай, первый раз я покажу, а потом ты сам попробуешь.

Иван Степаныч продемонстрировал Максиму принцип работы смесителя. Как оказалось, ничего особо сложного и замысловатого в данном процессе не было.

Главное – делать правильные дозировки материалов, и не перепутать кнопки на стойке управления. Единственная трудность заключалась в том, что работенка была крайне грязной и вредной. Легкие постоянно даже через маску вдыхали едкие пары резиновой смеси, а на лице и одежде оседали крупные слои сажи и пыли. Теперь Стрельцов уже понимал, зачем Иван Степаныч регулярно прочищал свой организм стограммовыми дозами «беленькой».