Любомир

Затем она красочно описала семинар в Выборге: персональные испытания в ночном лесу для каждого участника, посвящения, ритуалы очищения у костра, как их учили чувствовать пространство. Про волшебного человека, которого все называли Сталкером. Каждого он видел насквозь, убирал чертей, которых именовали сущностями, и расплетал все ментальные узлы.

– Ты не шуми, я пообещала Лешему, что мы будем хорошо себя вести, – с этими

словами Вика спрятала сладости под кустом у дерева.

Может Люр и не верил во все эти чудаковатые истории, но она была с ним здесь и сейчас.

Спустя несколько недель случился удар…

– Люр, мне работу предложили в России, я вот не знаю соглашаться или нет? – Вика перебирала свои бусы в одной руке и поправляла густые каштановые волосы другой.

– Ух ты! Просто так предложили? Как они тебя нашли?

– Ну у меня резюме висит.

– Тебе же здесь неплохо платят. Подожди… Ты уже приняла решение?

– Да. Это минимум на год.

– Прекрасно, – Люр куда-то стремительно падал, – мне что теперь делать? Я полагаю, что предложили немало?

Люр научился читать между строк. В этом помог развод и куча литературы на тему отношений, психологии, манипуляций, НЛП, которую он проглатывал без разбора в альтернативу банальному запою. С ней же он не хотел видеть ни знаков, ни сигналов, потому что снова поверил и полюбил.

– У тебя же отпуск есть, приезжай. Я все вещи одна не увезу. Да, деньги хорошие и квартиру компенсируют. Посмотришь, думаю и ты работу найдешь. Не сомневаюсь, что ты приедешь.

И она укатила…

Люр взял отпуск в солнечном феврале, заехал к ее родителям, взял тачку с коробкой вещей и выдвинулся к вокзалу. Привычный поезд до Москвы, Белорусский вокзал, короткая перебежка до электрички. Мысли и надежды тонкими теплыми струйками пробивали себе путь к снова каменеющему сердцу.

Во Владимире было дико холодно. Пар изо рта можно было хватать и лепить снежок.

– Ух ты ж, Орьехова–Зьюева, твою мать! – он натянул шарф на нос и огляделся. Пассажиры включили турборежим и исчезли меньше чем за 3 минуты. На платформе никто не ждал.

– Холодно – внутри ждет, – он бросил окурок и потащил тачку к надземному переходу. Вика ждала внутри – замерзающая и нетерпеливая.