Тропа обреченных

В услышанном «Добрый день!» Василий Васильевич уловил столько приветливого расположения, что даже село перестало казаться ему настороженно притихшим.

– Приятно, знаете ли… – признался Киричук. – Прохожий вас знает?

– Как не знает! Его сын Филимон группой «ястребков» тут руководит, богатырь хлопец! Его хата у колодца с журавлем.

– Этого «ястребка» я запомню, – сказал Киричук. Для него сейчас многое происходило впервые. Напомнил: – Вы что-то не досказали об Угаре?

– О нем досказывать можно много.

Я Угара лично не видел, но по отдельным материалам, по фотографии хорошо представляю. Кучерявый, глаза навыкате, будто удивленные, физиономия симпатичная, девки, говорят, табуном за ним ходили, пока он в Канаду со старшим братом не подался. Шесть лет за океаном прожил и чего-то вернулся перед войной на родину. Английский в совершенстве знает, может прикинуться иностранцем. Стремительный, ловкий. Первый помощник у него, ведающий безопасностью, Шмель – отъявленный бандит.

В калитке появился рыжеволосый конопатый парень высоченного роста с двумя вооруженными «ястребками».

Он широко улыбался, до десен выказывая редкие зубы, а его веснушки, казалось, поигрывали блестками на тугих, налитых щеках.

– Здравствуй, Филимон! Что нового, докладывай. Это наш товарищ, – скороговоркой обратился Тарасов.

– Здравствуйте, товарищ майор! С позавчера тихо было, а ночью на хуторе у млына[6 - Ветряная мельница.] двое с оглядкой прошли. Скворца в одном признали, чуете? А коли чуете, Угара на хуторах шукайте.

– Скворец – связной Угара и его телохранитель, – пояснил майор Василию Васильевичу. И к Филимону: – В Рушниковку не заходили?

– Нет, не слыхать было. А на хутор я отрядил трех «ястребков», принесли весть: бандиты на полчаса заходили в хату Ганки Кули. Приглядеть за ней покрепче надо. Польку свою то за речку, то к лесу гоняет.

– Вы и приглядите, не мне ж из райцентра присматривать, – порекомендовал Тарасов и спросил: – Сколько у вас на сегодня «ястребков»?

– Шестнадцать числится.

– Это прилично.

Уголки губ Филимона поползли вверх, только неизвестно было, почему он собирается улыбаться.

– Новеньких вовлекать надо, ребята подрастают.

– Не проглядеть бы, чтобы их в банду не заарканили, – и то польза… А новеньких привлекаем. Вот двое близнецов в армию не сгодились по причине слабого зрения. Правильно я говорю, ребята?

Братья заулыбались, но тут же подтянулись перед начальством.