Цена войны

Эльза привела де Криона в одну из комнат и поблагодарила Карлу. Та улыбнулась, сказала что «с тобой приятно иметь дело», подмигнула и ушла. Разведчица дала барону время, чтобы привести себя в порядок, после чего произнесла:

– Господин де Крион, я надеюсь, что вы сможете отблагодарить меня за спасение.

– Но что я могу вам дать? У меня уже ничего не осталось.

– У вас осталась репутация. И связи в купеческой гильдии.

– О чем вы? Меня же арестовали. Про меня даже не вспомнят. Наверняка кто-то из них и приложил к этому руку.

– Именно. Но никто кроме доносчика не знает, что вас арестовали.

– Что? Они не сообщили гильдии? – барон сильно удивился.

– Нет, – Эльза покачала головой. – Поэтому-то вы мне и нужны – найти доносчика. Вы ведь можете доверять хоть кому-то из членов гильдии?

– Могу. Некоторым, – поразмыслив, ответил де Крион.

– Вам нужно пообщаться с ними, попробовать определить кто предатель.

– Ох, – барон взялся за голову.

– В качестве стимула, я могу вам кое-что предложить…

– Предложить?

– Хотите встретиться с детьми?

Глаза барона загорелись:

– Где они?!

– Их арестовали.

Вероятно, везли к вам. Но не беспокойтесь, сейчас они в безопасности. Если согласитесь помочь, я доставлю вас к ним.

– Вы бьете в сердце… – де Крион закрыл лицо руками. – У меня просто нет выбора. Да, я помогу вам.

Эльза улыбнулась:

– Хорошо. Отдохните тут до завтра, а утром я доставлю вас к ним.

Де Крион кивнул в знак согласия.

***

Гельмут открыл глаза.

Приподнялся на кровати и понял, почему у него мерзли ноги – одеяло сползло на пол. Он сел, поднял одеяло обратно. Протяжно зевнул и встал. А потом услышал как кто-то шарится внизу. «Серьезно?!» – подумал наемник и резко подскочил к одежде. Наспех натянув штаны, он схватил винтовку и вышел из комнаты. Из кухни доносился скрежет и шипение. Он спустился по лестнице, подкрался к входу и резко заглянул за угол, прицелившись из винтовки.

– Ориана?! – открыл рот Гельмут.

– Ой! – вскрикнула девушка. – Ты меня напугал.

– Прости, прости. Я спросонья подумал, что сюда кто-то залез.

– А, понятно, – Орина отдышалась, повернулась спиной и вновь опустилась корточки, разглядывая что-то в печи.

– А что ты делаешь? – поинтересовался наемник.

– Булочки пеку. Меня мама научила, я дома часто их пекла, всем очень нравилось… ну, до того как…

– Ладно, успокойся, – Гельмуту было одновременно неловко и приятно.