Холод южных морей

Дай я тебя, дорогой, облобызаю!

И Фаддей Фаддеевич сжал его в своих могучих объятиях, нашептывая на ухо: «И что бы я делал без тебя, без твоей светлой головушки, Андрюша?!»

Тут Андрей Петрович не выдержал и откровенно рассмеялся. Капитан же ревниво отстранился:

– Ты что, опять вспомнил про своего ненаглядного Кускова?

Андрей Петрович, продолжая смеяться, утвердительно закивал головой.

– Неужто ты и в самом деле так незаменим, ежели два человека и, я полагаю, не глупых, так ценят тебя?!

– Это, конечно, навряд ли, но что-то рациональное в этом, безусловно, есть… – подавив приступ смеха, с игривым подтекстом ответил Андрей Петрович.

 – А как же теперь быть с чертом, к которому ты меня послал как ученого? – не унимался он.

– То было упомянуто к месту! – сказал, как отрезал, Фаддей Фаддеевич. – И не провоцируй меня более на подобные высказывания! Тоже мне друг, называется! – негодующе глянул он на Андрея Петровича и вдруг резко переменил тему разговора.

 – Меня, честно говоря, очень интересует, как все-таки отреагирует на твои научные изыскания Михаил Петрович? – уже серьезно, с долей озабоченности произнес Фаддей Фаддеевич.

– А ты, Фаддей, вроде как ревнуешь Лазарева? – высказал предположение Андрей Петрович.

– Да какая там ревность? – без обиды сказал капитан. – Конечно, у Михаила Петровича большой опыт дальних плаваний. Он не только «отмотал» кругосветку, но и много наплавал в английском флоте, так как британские корабли, как ты знаешь не хуже меня, в гаванях подолгу не задерживаются.

А посмотри, как он держит строй кильватера! Я иду на «Востоке» свободно и комфортно, а он на своем тихоходном «Мирном» гонится за мной изо всех сил под всеми лиселями, и даже невооруженным глазом видно, как прямо-таки гнется от натуги его рангоут. Еще хорошо, что он успел до моего прибытия в Кронштадт укоротить мачты на несколько футов, а то мог бы, не приведи господи, и потерять их при свежем ветре.

И до чего же бестолков наш морской министр де-Траверсе. Ведь можно же было, когда одновременно формировались к дальним плаваниям обе дивизии, в 1-ю, мою, включить быстроходные «Восток» и «Открытие», а 2-ю дивизию под командой капитан-лейтенанта Васильева, предназначенную для отыскания северо-западного прохода из Тихого океана в Атлантический, сформировать из более тихоходных «Мирного» и «Благонамеренного».