Обитатели вечной ночи

У развалин бывшей оранжереи, на колоннах портика которой ещё сохранилась белая краска, стоял человек в космическом скафандре, в гермошлеме с надписью «СССР» и с выключенной газонокосилкой наперевес. Видимо, что-то попало в зубья дисковой пилы, и космонавт неуклюже ковырялся в ней прямо пальцами, затянутыми в жёсткие перчатки.

Заметив вновь прибывших, человек отложил газонокосилку, снял гермошлем, и взорам Светланы и профессора открылось молодое веснушчатое лицо, русые вьющиеся волосы, широкие скулы и, главное, глаза столь пронзительной синевы, что сразу закрадывалось предположение о цветных контактных линзах.

– Профессор! – вскрикнул космонавт-газонокосильщик. – Как неожиданно!

– Господин Губин, краевед и изобретатель, – отрекомендовал его Манцев. – Светлана, корреспондент газеты «Кожаный чулок»…

– Журнала «Следопыт», – поправила Светлана.

– Да, конечно, – не стал спорить профессор. – Из самой Москвы!

– Да хватит уже дразниться! – возмутилась Светлана. – Чем вы занимаетесь, Губин?

– Кошу борщевик, как видите, – попытался пожать плечами под скафандром Губин. – На топливо. Перегоняю в спирт, на спирту у меня и дизель-генератор работает, и мотоцикл.

– И половина деревни, вероятно, – добавил профессор.

– А вот и нет! – возмутился Губин.

 – Жили раньше у нас две семьи водколаков – да в Питер подались. Здесь сейчас у нас времена трудные. Кто не работает – не ест. И не пьёт. Да. Кстати. Может, с дороги чаю хотите? Вы, девушка, любите «Принцессу Канди»?

– Не люблю, но буду, – ответила Светлана, неожиданно процитировав Москвину.

Губин прямо в скафандре – даже шлем надел – встал под летний душ, где вода нагревалась солнцем в кубовом баке на высоте человеческого роста, и смыл с себя ядовитый сок борщевика.

Затем все втроём пошли по аллее назад, к дому Губина у шоссе.

Хозяин накрыл гостям стол на веранде, где по-летнему были сняты рамы.

Ветер колыхал тюлевые занавески, отгоняя мух и комаров. К чаю были предложены пряники, домашний хлеб с домашним же маслом, мёд и засахарившееся варенье из райских яблочек.