ЛУЧНИК. Книга 1. Холодное Солнце Драмины. Часть 1

Лишь, в условиях войн, когда численность погибших зашкаливала, хоронили их в общей могиле, на которую при первой возможности насыпали высокий курган.

Понадеялись на свое умение убеждать? Гиранд, успев вовремя ретироваться, честно говоря, не без удовольствия наблюдал, как резво убегали они по окрестному леску.

Возвращаться на пустырь было небезопасно, поэтому Богат лихо развернул машину посреди леска, и они поспешили к себе в Гард.

Насильников и женщину, которую те волокли, первым заметил Богат.

Он же и узнал в женщине Заку.

И опять Гиранд чуть-чуть опоздал. Когда он, с трудом преодолев мелкий, но густой кустарник, выбежал на поляну, Собл уже, густо разбрызгивая кровь, извивался на траве. Потом никто так не мог объяснить, каким образом Зака умудрилась выхватить с пояса Ректела-одноглазого кинжал и воткнула его в шею Собла, который, было, поволок ее дочь в кусты. Впрочем, она же – северянка.

И вот он опоздал в третий раз за два дня. Догорающие машины с установками были красноречивее любых слов.

Недостающие штрихи в открывшуюся взгляду Гиранда картину добавила окруженная группа его бойцов. И это оправдало бы его решение, но он, совсем, не собирался оправдываться. Он просто обязан закончить начатое дело. Машина стояла на удобной позиции и в боевом развороте. Оператор установки забился в угол, но его помощь уже не требуется. Во время движения он сумел объяснить Гиранду все, что требуется. Впрочем, многого и не требовалось. Установка уже была выведена в рабочий режим. Одно плохо: мощность надо наращивать постепенно, иначе сработает защита.

Гиранд сел за пульт и сразу нажал кнопку «Пуск». Попробовал вывести регулятор чуть-чуть сильнее, чем можно, как тут же последовало предупреждение, что защита начала обратный отсчет. Пришлось вернуться на начальную отметку. Гиранд не зря спешил. Не зря.

Успел он вывести установку только на треть мощности, когда увидел ЕГО. И это означало только одно: это был КОНЕЦ.

Инстинкт самосохранения вовремя выбросил Гиранда из машины.

Не помогают отцовские житейские заповеди, не способен он перебороть в себе сводящую с ума боль. Всегда она выжигает душу дотла. И то, что сегодня он нанес ощутимый удар по злу, не очистит израненную душу, в конечном счете, зло притаилось где-то рядом, оно готовит новые нападения, чей-то пронзительный крик уже обрывается в страшной агонии. Боль. Боль. Совсем нестерпимая боль.