Когда цветёт папоротник

Конечно, о своей такой мечте Борька не рассказывал никому – засмеют! Но чем ближе подходил день Ивана Купала, тем тревожнее ему становилось. Временами безотчётный страх овладевал всем его существом, а ночные видения во сне звали и манили, общая осыпать блеском княжеским. Не дом, а дворец, злата-серебра вовек не истратить, жена-красавица, семья здорова и счастлива…

Борька уже всерьёз стал опасаться, чтобы умом не тронуться из-за всех этих переживаний. Но однажды догадался, и ему стало легче. Зов папоротника – это ведь неспроста! Его выбрали.

А вот кто, для чего, и с какой целью – на эти вопросы у него ответа не было…

2 часть

И вот настала эта ночь заветная, ночь на Ивана Купала. А Борька, как ни странно, успокоился ещё накануне. Будь что будет! В лес пойдёт, цветок найдёт – а там посмотрим, что и как…

Темень июльской ночи всё ж не такая густая, как в августе. И Борька спокойно, даже не пользуясь фонариком, бодро шагал по знакомой деревенской тропке к молчаливой тёмной стене ночного леса.

Вот и первые небольшие и редкие ёлочки, словно разведчики, осторожно наступающие на край широкого поля. Кусты ивняка между ними, что каждый год радовали местных жителей рыжиками. Борька и сам любил сюда наведываться в грибной сезон. Доведётся ли ещё? Остаться ли ему живу после сегодняшней ночи, или… Прогнал от себя Борька эти мысли, углубляясь всё дальше в лес…

Невольно чертыхнулся, запнувшись о сухую еловую ветку. И тут же показалось, что услышал за плечом ехидный короткий смешок.

Борька даже чуть присел от неожиданности, но сразу выпрямился. Постоял, послушал. Тишина. Двинулся дальше, и вскоре заметил впереди какое-то неяркое розоватое свечение, будто последний дальний отблеск заката.

– Закат твоей жизни… иди к нему! – словно листвой лесной прошелестело над ухом, но Борька уже взял себя в руки. Не отвлекаясь больше ни на что, он быстрым шагом, насколько это возможно в ночном лесу, двинулся в сторону свечения. По мере приближения свет становился всё ярче, насыщеннее, и приобретал явственный красный оттенок…

Скоро между стволами деревьев он увидел источник этого свечения.

На маленькой полянке, заросшей папоротником, ярко сиял кроваво-красный цветок. Как глаз дьявола! – подумалось Борьке – и с ним сразу же согласился знакомый шелест:

– Он и есть… Сорви его! – и снова ехидный смешок…

Борька подошёл к чудо-цветку, постоял, посмотрел, прислушиваясь к тишине ночного леса. А тишина эта вдруг таковой быть перестала.