Последний поход «Новика»

Но, к великому сожалению, на «Витязе» второй штатной должности гардемарина не предусмотрено.

Контр-адмирал понимающе вздохнул.

– Тем не менее я постараюсь сделать все возможное, чтобы «выбить» в морском департаменте эту дополнительную должность.

– Буду весьма признателен вам за это, Степан Осипович! – сразу же оживился контр-адмирал и с полупоклоном приложил руку к сердцу.

– Кстати, о каком гардемарине идет речь, Петр Михайлович?

– Об Алексее Черняховском.

– Хорошо, Петр Михайлович, – Макаров сделал пометку в своем блокноте.

Контр-адмирал облегченно откинулся на спинку кресла – он знал, что Макаров непременно добьется положительного решения в этом непростом вопросе. Однако в связи с этим его волновало еще одно обстоятельство.

– Не считаете ли вы, Степан Осипович, что мне стоит заблаговременно переговорить по этому вопросу с отцом Алексея Черняховского, тоже флотским офицером, чтобы для него это не было такой же неожиданностью, как и для меня?

Макаров ненадолго задумался.

– Думаю, что в этом нет необходимости, Петр Михайлович. Во-первых, не исключено, что мне не удастся «пробить» вторую должность гардемарина, и он с сыном будет разочарован этим. А в случае удачи он, безусловно, будет рад возможности отправить сына в кругосветное плавание на «Витязе», тем более вместе с вашим сыном, в чем я ничуть не сомневаюсь.

– Вам виднее, – с облегчением сказал Петр Михайлович. – В таком случае, – заметил контр-адмирал, – разрешите мне поинтересоваться, какова в настоящее время обстановка на Дальнем Востоке? В связи с предстоящим плаванием, вы, несомненно, располагаете более подробной информацией?

– Безусловно, Петр Михайлович.

К великому сожалению, – он тяжело вздохнул, – для России она стала значительно хуже той, что была хотя бы полвека тому назад. Ведь в тридцатых годах Российская империя смогла вполне обоснованно объявить Берингово море своим внутренним морем, как, скажем, Белое море. И ни у одной морской державы это не вызывало каких-либо сомнений в его правомочности. Однако с продажей американцам в 1867 году территории Русской Америки[16 - Русская Америка – неофициальное название русских владений во 2-й половине XVIII – 2-й половине XIX века на полуострове Аляска, Алеутских о-вах, по северо-западному побережью Северной Америки.], которую наши дипломаты тактично назвали Аляской, все круто изменилось.