Распутье

Обшарил друга. Нашёл папку под жилеткой. Вынул из карманов: бумажник, документы, телефон. Снял с руки именные часы с благодарственной надписью – «…от командования…». Решил их взять на память. Забрал и остальные вещи, оставив только удостоверение прапорщика для опознания.

«Вот и уехал навсегда». Рвач вышел из квартиры в коридор. «Как же исчезли незаметно-то? Может, по лестнице пока поднимался в лифте?» – Нажал кнопку вызова лифта и заметил под ногами капли похожие на кровь. – «Вот как? Поднялись наверх!» – Он вбежал на последний этаж.

И тут увидел кровь возле лестницы, ведущей на крышу. – «Всё ясно, верхом ушли!»

На крышу не полез, рассудив, что беглецы не станут там отсиживаться. На сто процентов был уверен, что те находятся уже далеко от этого дома.

«Куда теперь путь держат? К друзьям, близким, к нему? К нему! – щелкнуло в сознании. – Там же плащ мужской висит! Почему не проверил?»

Он вернулся в квартиру. Обыскал карманы плаща, в спешке оставленного Стасом. Нашёл в нём телефон и квитанцию из химчистки.

Трубку сунул в карман и внимательно рассмотрел, бледно отпечатанный бланк, заполненный безобразным почерком, с расплывчатой жирной печатью внизу.

Вот пишут, – выругался Александр, – ничего не видно, ни черта не разберёшь. «Какая страна, такой и квиток!» – успокоил себя. Напряг зрение и разобрал интересующую надпись. «Заказ 1523 прачечная 37». «Отлично, – обрадовался он, – наверняка там есть адрес!» Хотел забрать квитанцию, но, подумав, положил на прежнее место.

«Пускай и менты поищут!»

Рванченко пулей оказался возле машины, чтобы быстрее отъехать от дома, опасаясь быть увиденным жильцами.

Покатавшись по городу, подъехал к таксофону и, набрав 02, кавказским акцентом сообщил, что по улице Елькина 48- 20 убит мужчина.

– Кто звонит, как ваша фамилия? – раздался в трубке голос

милиционера. Рвач повесил трубку.

– Кто звонит, кто звонит! Сосед в пальто! – выкрикнул, садясь в серую девятку.

Рвач проживал в девятиэтажном доме на девятом этаже.

Квартиру снимал. При своей работе постоянного жилья иметь не хотел. «Работа скрытная» – любил повторять. Но втайне от сослуживцев, друзей и знакомых владел личным домом в одной из деревень, неподалёку от города. Это было его убежище, где не часто, но отдыхал, когда ситуация заставляла притихнуть и спрятаться. В целях безопасности менял квартиры часто, опасаясь, долгое время мельтешить в глазах болтливых соседей.