Распутье

А я-то знаю, нет у него

сестры. Жена уехала, вот и загулял. Все мужчины такие. Что он натворил-то, скажите по секрету.

– Ничего не натворил, – выдумывал на ходу Александр. – У него машину угнали. Мы нашли, теперь самого отыскать не можем. На телефон не отвечает, дома нет. Машина на платной стоянке. Деньги тикают… Не думаю, что он богатый? Где его носит?

– Вот оно что? – пропела соседка, – я так и думала. Стас-то

парень хороший, – мухи не обидит. Где сейчас не могу сказать. Даже не заметила, когда ушёл с девицей.

Рванченко остался довольный визитом, хотя не застал кого нужно, но надежда на успех не покидала его, и придала ему решимости, оптимизма.

– Ладно, пойду, – сказал простодушной женщине. – Если объявится, пусть позвонит. Наш сотрудник дал же вам номер телефона?

– Позвоню, милок, позвоню. И передам, коли увижу, – распиналась на весь подъезд пенсионерка.

Торопливо покинув дом, Рвач сел в машину. Чуть отъехав, увидел «Волгу» с синими номерами, остановившуюся возле подъезда из которого вышел.

«Вовремя, а могли бы встретиться» Притормозил, наблюдая.

Из машины вышли трое в гражданской одежде.

«Как похож дядька седовласый на комбата?» Александр на минуту с болью в сердце вспомнил службу в Афганистане, погибших боевых друзей. Вспомнил гитару, звучащую в часы отдыха, хранимую бойцами, как боевую подругу. Вспомнил и комбата, у которого голова седела от каждого убитого солдата.

«Что ж ты натворила, война!» Он завёл машину и отправился к Сове, которого уже ненавидел, как и самого себя.

Подъехав к воротам особняка, увидел погуливающих по

территории людей: «Хорошо охраняют гадину».

Зная Рвача в лицо, охранник уверенно открыл ворота. Александр заехал, вышел из машины и к нему подошли двое, поздоровались, обыскали, предложили сдать оружие. Рвач положил на стол два пистолета, после чего проверили металлоискателем.

– Ничего арсенал, – усмехнулся контролёр. – Не боишься столько при себе таскать?

– Волков бояться – в лес не ходить, – ответил Рвач, Где пахан?

– В беседке.

Его проводили по саду к столу, где в кресле восседал как барин в лощёном халате авторитетный вор.

– А, Сашок? Здравствуй, здравствуй, – не вставая с места, указал на стул хозяин. – Что привело, рассказывай.

– Баркаса убили, – сказал Рвач.

Хозяин нахмурился, сморщив лоб. – Кто?

– Масунов! Стас Алексеевич.

– Зачем? Где случилось?

– В квартире Борькиной бабы.

– Что? Из-за бабы? – прокричал Савелий Борисович.

– Думаю, да.