Кукольное преступление

Сделав небольшое отступление, сообщу, что мы с сестрой живём в городе у Дианы (она наша родная бабушка, народная артистка), вся в искусстве, вечно витает в каких-то заоблачных далях. Её жизнь, как карусель: репетиции, съёмки, спектакли, гастроли, светские мероприятия; дома она появляется крайне редко, что даёт нам с Люськой (кстати, она младше меня ровно на год) право чувствовать себя в её просторной квартире настоящими хозяевами. Наши родители живут в загородном доме, видимся мы не часто: отец занят бизнесом, мать собой.

…В начале восьмого позвонила Диана, сказав, что задержится в Финляндии ещё на неделю. Люська рвала и метала, орала, что потратила два часа на готовку утки с черносливом, сломала ноготь и обожгла палец. Трагедия, конечно, громадная!

В восемь пришёл Димон. Почувствовав запах утки, он потёр ладони.

– Вы курицу жарили? Я с двух часов ничего не ел. А с чем курица, Люсь? С картошкой?

– Иди, мой руки, – пробурчала Люська.

– Утка? Ммм… Утка – это айс! – Димон прошёл в ванную комнату, включил воду и крикнул: – Глебыч, а у меня новость.

– Хорошая?

– И да и нет, – прыснул Димон. – Я сегодня с работы уволился.

– Да ладно? – оживилась Люська. Её лицо просветлело, глаза заблестели.

– Серьёзно. Надоело! Гоняют по девять часов в день, а обращаются как с рабом. Ничего, что-нибудь другое подыщу.

– А может, не надо? – спросила Люська, протянув Димону полотенце.

Он не успел ответить, в коридоре раздался звонок.

– То пусто, то густо, – Люська распахнула дверь и крикнула: – Глеб, Алиска пришла.

Я выскочил из комнаты мгновенно. Алиса тяжело дышала, щёки горели, она разулась и села на стул в коридоре.

– Ребят, я к вам ненадолго. А чем у вас так вкусно пахнет? Слушайте, не знаете, где можно купить неглубокую вазочку из зелёного стека?

– Зачем тебе? – удивился я, отметив, что Алиса сильно нервничает.

– Разбила… Туся схватила со стола желудочек, и в комнату побежала… Я за ней рванула… Муся у комода сидела… Я её не увидела, спотыкнулась… Короче, вазочка вдребезги…

– Пуся-Муся… Дурдом! Давайте сначала поедим, потом всё обсудим, – взмолилась Люська.

Пока мы ели, Алиса непрестанно говорила о кошках, в итоге, не выдержав, я ляпнул:

– Такое впечатление, что ты целыми днями там пашешь как папа Карло.

Понимаю, поступил глупо, но во мне говорила обида и, быть может, эгоизм.