Нигде

Сообщение выглядело следующим образом: сначала шёл сам текст – он-то и был причиной растерянности, – а ниже помещён отрывок из поэмы Пушкина «Руслан и Людмила».

«Гость.

Время: 03-32. Воскресение.

Привет! Скажите, Герман, это правда, что вы собираетесь дописывать свой роман в усадьбе?

Расскажите об этом поподробнее.

Читаю вас. Иногда нравится.

Напишите о предстоящей поездке. А как называется усадьба?

Спасибо.

«…Ложится в поле мрак ночной;

От волн поднялся ветер хладный.

Уж поздно, путник молодой!

Укройся в терем наш отрадный.

Здесь ночью нега и покой.

А днём и шум, и пированье.

Приди на дружное призванье,

Приди, о путник молодой!

У нас найдёшь красавиц рой;

Их нежны речи и лобзанье.

Приди на тайное призванье,

Приди, о путник молодой!»…

Глава вторая

Непогода

Он приехал в усадьбу во время грозы: по небу петляли молнии, клубились тучи, отовсюду шел густой дым, не прекращался грохот.

Гроза упорно возвращала Германа в ненавистное прошлое, от которого он пытался убежать на протяжении трех долгих десятилетий.

Он не раз пытался представить человека находящегося в состоянии аффекта. Два раза ему приходилось описывать в книге поведение людей пребывающих в состоянии аффекта, но то было описание вслепую. Он проштудировал специальную литературу, узнал, чем может быть вызвано это состояние, узнал о причинах, последствиях, но остались тайной те чувства, ощущения, те внутренние переживания и треволнения человека, в мозгу которого взорвалась эмоциональная бомба.

Чтобы понять, надо испытать самому.

Во время гроз, Герман ловил себя на мысли, что его состояние вполне может оказаться тем самым состоянием аффекта. Во всяком случае, было много общих черт, симптомов: эмоциональные вспышки происходили внезапно, длились недолго, сопровождались изменением сознания и частичным нарушением контроля за собственными действиями.

А кто-то утверждал, что гроза приносит духовное очищение.

Абсурд! Нет, он не верит.

***

…В приготовленном для него номере Герман осмотрелся. Уютная гостиная пришлась ему по душе: выдержана в стиле модерн с преобладанием кремовых оттенков, со вкусом меблирована, с двумя высокими окнами и ворсистым ковром.

В спальне главенствовала широкая кровать с большими декоративными подушками, закрывающими вогнутую кроватную спинку, две прикроватные тумбочки, туалетный столик с зеркалом, кресло и угловой шкаф для одежды.