Преступление без наказания

Но раз для тебя это дорого, конечно, Глеб, я не настаиваю. Извини, что затеяла разговор, я пошла спать.

– Люсь.

– Э-эх! Зачем я только цепочку увидела с кулончиком. Э-эх!

– А зачем тебе видеокамера?

– Глупый вопрос. Снимать.

– Понятия не имел, что тебя интересует видеосъёмка.

– Оно и видно.

– Люсь, есть идея.

– Валяй.

– Можем немного переиграть. Мы покупаем тебе видеокамеру, а родители цепочку с кулоном.

Люська рассмеялась.

– Наивный. Знаешь, сколько хорошая камера стоит?

– Ты не профессионал, а для начинающих подойдёт недорогая.

– Разбежался. Это мой день рождения, значит, мне решать, какая камера нужна. Понял?

– Не дурак.

– Э-эх!

Оставшись на кухне один, я взял кусок пирога. Откусил, отпил из чашки чай. Вкусно! Как быть? Даже если поговорю с Димоном и Алисой, мы не соберём такую сумму за неделю. Забить на Люськины выкрутасы или влезть в долги? Как вариант можно занять денег в счёт зарплаты у Иннокентия Ивановича. Уверен, старик не откажет.

Блин, называется, не было у человека забот. Хорошо, что не успел купить рамку и наушники. Как чувствовал, Люська в самый последний момент выкинет фортель.

…Сегодня Иннокентий Иванович был не в духе. Что-то у него не клеилось с написанием главы. Пока я набирал текст, он трижды заходил в комнату, интересуясь, как долго я буду работать.

– Два листа осталось, – сказал я во время его очередного прихода.

– Медленно, Глеб.

– Из плана не выбиваюсь.

– А я выбился. Муза капризничает.

– Я не против.

– Работай, я тебя позову.

Минут через десять Иннокентий Иванович позвал меня в столовую. Старик был очень щепетильный, никогда не позволял себе есть на кухне или в комнатах. Твердил, что нормальные люди должны принимать пищу исключительно в столовой. Однажды я возразил, не у каждого есть столовая. На что старик безапелляционно ответил:

– Её можно организовать.

– Интересно как, Иннокентий Иванович? Если четыре человека живут в двухкомнатной квартире, где каждый метр на счету.

– Не понимаю я таких квартир.

Конечно, подумалось мне, когда живёшь один в пятикомнатной квартире, можно позволить не только столовую с кабинетом. Странный всё-таки он старик, принципиальный. И упёртый. Его не переспоришь. Его мнение – единственно правильное, и все, кто с ним не согласен – глупцы.

Люська считает Иннокентия снобом, мол, зарвался дед от беззаботной жизни. Может, и так.