Робинзоны поневоле

Темка саданул палкой по коряге.

– Знаешь, что меня злит больше всего? Мы не пытаемся бороться и сопротивляться. Наступила ночь, все отправились спать, как будто мы не на острове, а в обычном оздоровительном лагере. Поужинали и сразу после отбоя легли спать. Идиотизм!

– А ты что предлагаешь, кому оказывать сопротивление?

– Острову! Чего ржешь, я не хочу здесь находиться, – Артем кивнул на автобус, – и им надо не дрыхнуть на сидениях, а искать выход. Я не Робинзон Крузо, и не самодовольный Филипп.

Не ищите выхода, выхода здесь нет, – Темка спародировал Фила. – В отличие от него я не собираюсь жить среди пальм и питаться бананами.

Темка продолжал негодовать ещё долго, Дрон его почти не слушал, он смотрел на темную гладь океана, словно пытаясь что-то разглядеть во мраке. А потом Темка умолк, Дрон повернулся и вскинул брови. Подложив руки под голову, Артем спал прямо на песке.

И этот человек собирался сопротивляться острову. На других пенял, мол, как можно спокойно спать, а сам… Все-таки Темка болтун и пустозвон.

Жанна оставила Андрюхе часы и сейчас они показывали четверть третьего. А в половине третьего Андрей вздрогнул от внезапного шелеста листвы и треска веток. Определенно, кто-то пробирался сквозь заросли к берегу. Дрону даже показалось, он слышит дыхание. Тяжелое, прерывистое.

Он встал, поднял палку и сделал несколько шагов по направлению к автобусу. Хотел разбудить Фила или Коляна. Или всех сразу. Он еще не решил.

Громкий треск заставил Дрона замереть на месте.

Осторожно, словно в замедленной съемке, Андрей повернул голову назад, жадно вглядываясь в темноту…

Глава пятая

В джунглях

Жанкины часы мы обнаружили утром, когда, проснувшись, вышли из автобуса. Они лежали на песке сантиметрах в сорока, а может, чуть дальше от переднего колеса. Циферблат практически целиком был засыпан песком, на поверхности остался коричневый ремешок, его-то я и заметил.

Темка продолжал спать возле потухшего костра.

Ему и мягкие сидения были совсем не нужны, он чувствовал себя замечательно на теплом песке, служившим одновременно и матрасом и подушкой. Затрудняюсь сказать, что снилось Артему, но вид у него был очень даже счастливый. Ещё бы, проспать всю ночь на свежем воздухе.

Предчувствуя беду, я подошел к костру и толкнул брата в плечо.

– Тем, просыпайся! Вставай, говорю! Слышишь?

– Витек, ещё немного, пять минут… Я сейчас. Включи пока чайник.