Формула обмана

Заснуть, конечно, же, не удалось. Пришлось включать ноут. Пока я смотрел фильм, в соседнем коттедже Люська развернула шпионскую деятельность.

Прошло минут двадцать, как Лена с Андреем вернулись в дом. Кругом царила тишина, и вдруг послышался стук и шаги в коридоре.

Приоткрыв дверь, Люська увидела крадущегося Андрея. Потом раздался щелчок замка. Досчитав до ста, Люська вышла в тускло освещённый коридор. Не ведая, зачем спускается вниз, она дотопала до лестницы.

В гостиной услышала знакомый щелчок.

Кто-то решил последовать её примеру и спуститься вниз. Люська пробралась на кухню, села за стол, уставившись на оставленную кем-то чашку кофе.

Внезапно в кухне вспыхнул свет. Люська вздрогнула.

– Напугал. Я не слышала шагов.

– За соком спустился, – сказал Виталий. – А ты здесь какими судьбами? Почему не спишь?

– Тоже попить захотела. Лена спит?

– Да.

– А ты сам спал?

– Отчитываюсь: спал, видел приятный сон, проснулся, захотел пить, вышел из комнаты, прошёл на кухню и встретил тебя.

Отчётом довольна?

– Вполне.

Помолчав, Виталий сказал:

– Пройдем в кабинет, надо поговорить.

– Пошли.

В кабинете он сел в кресло.

– Садись напротив. Но сначала осмотрись по сторонам.

Люська завертела головой.

– А на что смотреть?

– Ты не раз здесь была. Скажи, что изменилось с момента твоего последнего визита?

– Вроде ничего.

– Ошибаешься, смотри внимательней.

– Не замечаю ничего. Пресс-папье новое?

– Нет.

– Рамки для фоток обновил?

– Очередной промах, но уже теплее.

Даю подсказку, держи курс на стеллаж.

Люська подошла к стеллажу, заставленного книгами.

– Ого!

Минаев закивал.

– Оно самое! Что скажешь?

Люська взяла рамку с цветной фотографией. На снимке был запечатлён выпускной класс Виталия. На лице Минаева шариковой ручкой нарисовали чёрный крест.

– Чьих рук это дело?

– Самому не терпится узнать.

– Скверная шутка.

– Шутка? Я придерживаюсь другого мнения. За подобные проказы можно и руки оторвать.

Вспомнив инцидент с Артёмом, Люська спросила:

– Подозреваешь Темку?

– Я его избаловал, позволил сесть на шею, теперь, как следствие собственной дурости, пожинаю плоды. Артём никчёмный парень, он привык только брать.

– Какой ему смысл портить фотографию?

– Позавчера на моей физиономии креста не было. Артём клянется, что не заходил в кабинет дней пять.

Вернув рамку на место, Люська села за стол.

– Забудь.