С нами не соскучишься

Гарик, ты меня слышишь? Им нужна моя комната! Их сын будет спать в тепле, а я должен замерзать в маленькой комнатушке, в которой раньше жила бабушка.

– Не передергивай, Коль. И давай по-порядку. Они сказали это категорично или интересовались твоим мнением?

– Какая разница?

– Огромная.

– Ну, – Колька замялся. – Просили подумать. Если я не против…

– Вот видишь. Никто тебя не выселяет. Я бы на твоем месте не раздувал из мухи слона.

– Терпеть не могу отчима.

– О маме подумай.

– Она обо мне думала, когда выходила за него замуж?

– Не знал, что ты такой.

– Какой?

– Упертый. Хочешь, чтобы тебя все жалели? Тогда ты обратился не по адресу. Дядя Миша не монстр, каким ты пытаешься его выставить.

– Гарик…

– Не перебивай. Он общается с тобой на равных, угождает по всякому, а ты пользуешься этим. О маме бы подумал. Ей нельзя нервничать.

– Делаешь меня виноватым?

– Констатирую факт.

Колька сжал кулаки. Какое-то время мы шли молча. У самого подъезда Колька резко остановился.

– Ты прав, я эгоист. Пора принять решение.

– Ты о чем?

– Да так, о своем.

– Колян, не юли.

– Не обращай внимания, Гарик. Все в порядке, – Колька наигранно засмеялся, изобразив на лице фальшивую радость.

– Пошли, чего стоим-то.

– Нет, я домой. Увидимся завтра в школе.

– Коль, – крикнул я, когда он поравнялся с соседним подъездом. – Глупостей не наделай.

– Учту на будущее.

Не понравился мне наш разговор. Не придав этому значения, я постепенно вытеснил его из головы.

Утром в школу пришел Михаил Андреевич. Колька не вернулся домой. Его уже ищет полиция, всех, кто мог что-то рассказать, просили пройти в учительскую.

Я сообщил, что видел его после уроков, мы вместе возвращались из школы. О чем разговаривали? Да так, слукавил я, ни о чем. Просто болтали о пустяках. Надо было рассказать правду, но я не решился выложить ее в присутствии Михаила Андреевича.

На большой перемене наш класс бурно обсуждал исчезновение Кольки.

– Отсиживается где-нибудь, – заявил Мотька.

– Согласен, – кивнул Ярик. – Играет у родителей на нервах.

– А если с ним что-то случилось? – Виолетта смотрела на нас с беспокойством и тревогой.

– Что? С моста сиганул?

– Тоська!

– В его состоянии всякое возможно.

– Он жив, – уверенно сказала Вика.

– У знакомых моих родителей сын однажды убежал из дома, – начала Кира, но Тоська ее прервала:

– Не надо сейчас нагнетать и рассказывать страшные истории.