Ничего кроме надежды

Знаешь поговорку, нигде так не врут, как на войне и после охоты…

– Ладно, тебя не переспорить. А вы что, уже сюда перебазировались?

– Так точно уже четвертый день со всеми прочими дивизионными тылами. Возможно, кстати, увидишь свою приятельницу Сорокину, она недавно о тебе осведомлялась.

– А-а, – неопределенно откликнулся Дежнев. Назвать сержанта Сорокину его «приятельницей» было, пожалуй, не совсем точно; хотя на фронте кто только ни приятель. Им за это время случалось встретиться еще два-три раза, и они даже как-то незаметно перешли на «ты» – так что, может, и в самом деле приятельница; во всяком случае, хорошо, что она сегодня будет, а то там наверняка сплошь народ ему чужой – в полку дело другое, но на уровне дивизии у капитана Дежнева знакомых было не много.

Веселье, когда они пришли, было уже в разгаре, Сеню Лившица встретили шумными приветствиями, пришлось пить штрафную – Дежнев был уверен, что вырубится немедленно, все-таки стакан водки на пустой желудок; но ничего подобного не произошло, он вообще не почувствовал никакого действия.

Сорокина действительно была здесь, он приветственно помахал ей через стол. Потом, когда несколько пар пошли танцевать под хрипучий и спотыкающийся патефон, он пересел к ней.

– Привет, Леночка, – сказал он, – рад тебя видеть – хоть одно знакомое лицо.

– Я тоже рада, а что ты тут делаешь?

– Командировку себе выбил, это ведь мои родные места, учился здесь, на фронт отсюда ушел…

– Ах вот что, я и не знала. И родные здесь?

– Нет, мать с сестренкой в Тулу перебрались еще до войны.

– Было?

Дежнев молча кивнул, налил себе; потом, спохватившись, потянулся с бутылкой к ее стакану – она быстро прикрыла его ладонью.

– Не надо, Сережа, не могу.

– А я выпью, мне сегодня так хотелось напиться – не получается, идет как вода…

– Ты, наверное, перенервничал, алкоголь в таких случаях не действует. Узнал что-нибудь… плохое?

– Да уж, наслушался. Ну что, пойдем пофокстротим, тряхнем стариной?

– Не надо, нет.

– Не знаю, может, и посижу еще. Вообще-то я не знаю здесь никого, меня ведь Сеня затащил – хороший парень, я из-за него и пошел.

– Лившиц? Да, он симпатичный, – согласилась Лена.

– Понимаешь, я его на передке видел, потому и говорю. Он ведь не из тех, о ком нашему брату на ка-пэ звонят и сообщают строгим голосом: «К тебе товарищ корреспондент едет, прими там, обеспечь безопасность» – и все такое.