Притворщики

На столе соленья: банка огурцов, помидор, перца и грибов.

– Это тебе подарок, Глеб. Всё свое, со своего огорода. Ешь на здоровье!

– А вы?

– И мы поедим, куда денемся. Казик! Казик, сыночка, где тебя там черти носят? Ты что в раковине утопился, дрянь такая? Иди, сынуля, кушать.

Казик вышел из ванной, шмыгнул носом и сел за край стола.

– Умылся?

– Угу.

– Руки помыл?

– Угу.

– Тарелку давай. И не угукай мне! Разугукался. Что о тебе Глеб подумает. Тебя в школе что, только угукать учат? Разговаривай правильно, это тебе Москва – столица наша, матушка.

Тута надо всю свою культуру высунуть и не сувать обратно, пока домой не воротимся. Глеб, мы с Казиком по городу хочем походить, ты б нам места какие знатные посоветовал.

– А что конкретно вас интересует?

– Да нам до фени, лишь бы красиво было. Мож магазин какой у вас знатный есть. Или базар.

– Я бы в галерею сходил, – тихо сказал Казик.

– Сиди у меня! – гаркнула Ульяна. – Галелею ему подавай.

– Галерею, – поправил мать Казик.

– Поговори у меня! Ты в Москву-матушку приехал. Тута надо красоту смотреть, в метро на паровозе кататься, там же такая знатная ахритектура! А он по галелеям собрался шастать – деревня. Соображать же надо! Что о тебе Глеб подумает, неуч ты эдакий.

Казик прыснул.

– Чего ржешь?

– Архитектура, – прошептал Казик.

– Я так и сказала – ахритекртура. Всё, не позорь мать перед людями. Бестолочь!

Через час, снабдив Ульяну бумажкой с несколькими адресами и номером моего домашнего и мобильного телефонов, я протянул связку ключей.

– А это зачем?

– Меня не будет дома.

– Ой, Глеб, боязно мне ключи чужие с собой таскать. А украдут?

– Не украдут. Берите.

– Ой, спасибочки. До чего ж ты добрый, а. Казик, чего застыл, как баран на выпасе. Вываливайся в общую прихожую, лифту вызывай. И фотоаппарат приготовь, сейчас будем зеркало в лифте фотографировать. Музей! Не подъезд, а музей!

Глава четвёртая

Четвёртый «Дракон»

– Откуда они приехали? – засмеялась Алиса.

– Говорят, из «Захрюкино». Ты должна их увидеть, это что-то. Казик вроде нормальный пацан, только сильно затюканный матерью. А Ульяна – жесть!

– В Москву они зачем приехали?

– Не знаю, – я пожал плечами и посмотрел на Марса. – Марс, рядом!

Марс заметил вышагивающего навстречу мастифа, вздыбил шерсть, зарычал.

– То есть, как не знаешь, Глеб?

– Казик сказал, у них в Москве важное дело.

– И ты не поинтересовался какое?

– Нет.

– Молодец.