По следу неизвестного

Ей удалось разозлить Федору – неоспоримый плюс. Чтобы вытащить человека из депрессии необходимо хорошенько его встряхнуть. От встряски мысли переключаются и запускается механизм восстановления.

Глава пятая

Внезапная атака

Федора продолжала хандрить. Вбила себе в голову, что убийство Владимирского могут повесить на неё, замкнулась окончательно. Пропустила семинар, сославшись на плохое самочувствие, обложилась сладостями (аппетит всё-таки проснулся) и сидела перед телевизором. Страдала.

Мы пытались её расшевелить, вытащить на улицу, погулять по городу – тщетно.

Затворничество Федоры разбавляла баба Маша, она приходила каждый день, приносила блинчики, пирожки, печенье, пила с Федорой чай, пересказывала местные сплетни, смакуя убийство Вячеслава Владимирского. Эта тема была наиглавнейшей. Начиная с новостей малозначительных, баба Маша в конце обязательно наступала на больную мозоль.

Сегодня вечером, закрыв за бабой Машей дверь, Федора прошлась по пустой квартире, открыла холодильник, многозначительно посмотрела на упаковку пирожных.

Съесть или нет?

Звонок помешал взять пирожное. Полагая, что вернулась баба Маша, она вечно забывала, то очки, то ключи, Федора посмотрела в глазок. На площадке стояла молодая девушка.

– Кто?

– Открой, увидишь, – последовал ответ.

– Кто вам нужен?

– Ты нужна! Открывай, сволочь!

Оскорбившись, Федора распахнула дверь.

Хрупкая блондинка, на вид она была года на три младше Федоры, решительно прошла в прихожую.

– Куда прёшь, – прикрикнула Федора.

– Я тебя сейчас на тот свет отправлю! Если от ареста отмазалась, от меня не уйдёшь, – девушка вцепилась Федоре в волосы.

– Пусти, больно!

– Лучше молчи!

Пытаясь схватить буйно помешанную за руку, Федора не удержалась на ногах, упала на пол.

– Помогите…

– Не ори, а то придушу!

Федька прошлась ногтями по щеке своей обидчицы.

– А-а-а! Дура! – девушка залепила Федоре пощечину и надавила той на сонную артерию.

Мобилизовав силы, Федора сжала зубы на запястье соперницы.

Девушка взвыла.

– Разожми зубы!

Федора нащупала левой рукой Люськин кроссовок, и с размаху заехала им девушке по лицу.

– Гадина! Ты меня покалечила, – девушка закрыла лицо руками и разрыдалась.

Федора вскочила на ноги. Опасаясь, что неадекватная гостья снова набросится на неё с кулаками, она не спешила избавляться от кроссовка.

Девушка продолжала сидеть на полу, глотая слёзы.

– Кретинка! Дрянь! – выкрикивала она между всхлипами.