Ступи за ограду

Положение начинало становиться непереносимым своею бессмысленной напряженностью, именно бессмысленной, потому что оба прекрасно понимали, что никакого выхода, никакого решения, ради которого стоило бы терпеть до конца эту встречу, в данном случае быть не может.

– Еще? – спросила Беатрис, когда он отодвинул чашку.

– Нет, спасибо. А вы сами почему не пьете?

– Не знаю, не хочется. В жару у меня никогда нет аппетита…

Вскочив – словно обрадовавшись, что можно чем-то заняться, – Беатрис откатила стол обратно к окну.

Ролики на ножках, очевидно уже совершенно стертые, отчаянно визжали.

– Давайте, я их смажу, – предложил Фрэнк. – Масло у вас есть?

– Нет, откуда же? Не стоит возиться, Фрэнклин, я когда-нибудь сделаю это сама…

Постояв возле стола, словно не зная, заняться ли уборкой или оставить все как есть, Беатрис вернулась к кровати и села на край, боком к Фрэнку.

– Жарко сегодня, – сказала она очень усталым голосом.

– Ваши вкусы изменились, Дора Беатрис. – Фрэнк улыбнулся. – Я вот сейчас смотрю на вас и вспоминаю, как вы в свое время возмущались девушками, которые носят брюки.

Беатрис помолчала.

– Так удобнее, – отозвалась она нехотя. – Меньше тряпок приходится возить. У меня с собой только одно платье, полувечернее, чтобы пойти иногда в концерт. Хотя я вообще хожу редко…

– Раньше вы любили музыку, – сказал Фрэнк и тут же сообразил, что этого говорить не стоило.

– Да, раньше любила, – сказала Беатрис. – Почему я еще ношу брюки – я часто катаюсь на велосипеде.

Велосипед есть у консьержки внизу, она дает напрокат. Здесь хорошие велосипедные дороги, называются «макадам», можно проехать по всей стране. Конечно, я далеко не езжу. Куда-нибудь в Лакен или в Форе-де-Суань. Чудесный лес, до самого Тервюрена. О, послушайте, Фрэнклин! – На секунду Беатрис обернулась к собеседнику, слегка улыбнувшись, впервые за все время их встречи. – Хотите, я вам покажу немного город? Идемте, побродим по самым интересным местам. Хотите?

– С вашего разрешения лучше побудем здесь, – виноватым голосом ответил Фрэнк.

 – Я хотел бы поговорить с вами серьезно и… На улице не совсем удобно, мне думается.

– Вы правы, – сказала Беатрис. Из голоса ее сразу исчезло искусственное оживление, с каким она предлагала пойти погулять. – Улица – это, конечно, не самое удобное место для серьезного разговора. Я не совсем, правда, понимаю, о чем вы хотели бы поговорить, но… Что ж, я слушаю.

Нет, все-таки он правильно сделал, что сюда приехал.