Ступи за ограду

Он стоял поодаль в каком-то оцепенении и равнодушно думал о том, что, если сейчас ветер отогнет борт его плаща и кто-нибудь увидит сине-серебряный значок с крестом, его убьют тут же, ни о чем не спрашивая. У него даже не будет времени вытащить пистолет. А если бы нашлось время? Все равно он бы не стрелял. И не только потому, что это было бы бессмысленно…

– Ну, идем укладываться, – сказал вошедший Хиль. – Ты у меня еще никогда не был? Это наверху. Оружие с тобой?

– Со мной.

– Давай сюда. Завтра получишь обратно, а держать у себя это дерьмо я не хочу.

В конце концов, я здесь не один.

Пико сунул руку за борт пиджака и выложил на стол большой «баллестер-молина».

– Двадцать второй? – спросил Хиль, взяв пистолет.

– Сорок пятый. У них сменные стволы, на любой калибр.

– Вон оно что. Я вижу, факультет права и общественных наук кое-что тебе дал, а? Пошли. Я это пока спрячу, до завтра.

Хиль накинул на плечи пальто. «Минутку», – сказал он, когда они вышли в слабо освещенный фонарем патио, и направился в дальний его угол, где виднелась цементная раковина для стирки и громоздились какие-то ящики.

Пико ждал, поглядывая в темное небо и морщась от падающих на лицо дождевых капель.

– Ну вот, – удовлетворенно сказал Хиль, подходя к нему. – Там отличное место, ни одна собака не найдет. Осторожность никогда не мешает, дорогой конспиратор… Взбирайся наверх, только осторожно, в дождь здесь скользко. Из-за этой лестницы мне вечно не везет с любовью – представляешь, таскать девчонок на этакую голубятню?

Очутившись в «голубятне» и увидев приготовленную постель на раскидном кресле, Пико почувствовал вдруг такую смертельную усталость, что едва заставил себя раздеться.

Хиль улегся на кушетке, ироническим тоном пожелал ему спокойной ночи и погасил свет.

– Спишь, Ретондаро? – спросил он негромко спустя четверть часа.

– Черт, не знаю, что со мной такое, – с досадой отозвался Пико. – Думал, что головы не донесу до подушки, а теперь какая-то идиотская бессонница…

Хиль зевнул.      .

– Да, мне тоже не спится. Хочешь снотворного? Из двух зол, старик…

– Спасибо за совет. Завтра я хочу быть с ясной головой.

– Похвальное желание, – одобрил Хиль, роясь в своей брошенной на стул у изголовья одежде. – Почему оно не возникло у тебя несколько раньше?

Он закурил сам и перебросил приятелю сигареты и спички.

– Так ты завтра едешь в Рио-Сантьяго, – продолжал он, молча докурив сигарету до половины. – Насколько я понимаю, там только пересадка.