Атлантида

В их мягкой прозрачно-белой скорлупе, проклюнувшись куколками, копошатся неокрепшие еще и юные членистоногие жизни. Они станут их и пленниками и вечными рабами… Навсегда. И рабским трудом обеспечат будущее своих паразитирующих приемных родителей. А юный Стилапанти спешит в свой храм. Сегодня он обрел «тайные знания».

– Философия мудрецов живёт в недоступном мире, – продолжал Стилапанти. – В ледяном безмолвии их мудрость. Человечество не слышит её, слишком озабочено оно бытовыми насущными проблемами. Философы-алхимики, лже-пророки и правители умных человекообразных обезьян будут создавать вечные духовные ценности.

А они уже давно созданы.

– Откуда ты всё это знаешь, Стилапанти?

– Вижу.

Серый зрачок старца упёрся в лоб Хостамару.

– Ничего нет нового на Земле. Всегда будет Любовь. Предательство. И Отвага.

– А что ещё видишь ты?

– Вижу сильный флот неприятеля и воинов-иттонисов на больших галерах. Они идут на вёслах, чтобы разграбить и предать огню Ибос. И разрушить государственную власть лебории и саму Атлантиду.

Вижу медные панцири воинов-скибов в золотой чешуе солнца. Вижу юную и счастливую скалгу на берегу, не боящуюся умереть.

В конечном итоге северные атланты, воины-иттонисы поглотят Ибос и другие государства и народы Атлантиды. Но искусство и обрядовая религия долго оставались неизменными по сути, базируясь на культуре леборийских храмов. Создавая новые государства, северяне начнут поклоняться единому божеству – Великому Космосу, создавая культ небожителей, а вместе с этим культ сверхчеловека, рациональную расу Силы.

Но всё это будет потом, не сейчас. А, значит, всё это не важно. Так всегда думает человек.

Недолго пробыл мастер Хостомар у кнега Стилапанти. Материал для работы старец отбирал сам, прослушивая шершавой ладонью плоскости заготовленных для работы гранитных глыб. Словно сердце каменного великана изучал. Не иначе, как мифологического Атланта, сына Великой -О-. Добрый был материал.

– Ступай в Ибос, мастер. Кнеги сами доставят камень в храм.

– Война, Стилапанти, не до резьбы храма.

– Вот и воюй, аттис, ты воин ремесла.

Возвращался Хостомар сам, дорогу он помнил. Кнега Ла-Тия осталась у старца Стилапанти. Сияло горное солнце, ломая хрусталики льдинок на высоких скалах, раззадоривая духов северных ветров. Дорога, уходившая в горы, теперь легко скатывалась вниз. Кое-где из- под камня уже выглядывал бойкий стебель молодой травки, демонстрируя новый зелёный листик. В сказочной пещере Хотнгизы его застал вечер.