Солнца трех миров

Когда пришло время первой смены часовых, заступавший на дежурство Вася заметил, что костер слишком ярок. Подойдя ближе, он обнаружил, что Машкины сапоги весело пылают во мраке и уже сгорели почти до подошв. Машка утром обвиняла Валеру, стоявшего на часах перед Васей, что он специально пододвинул сапоги к костру, но доказать ничего не смогла.

Мы достроили изгородь, закрывшись наглухо со всех сторон, однако укреплять ее не перестали, твердо вознамерившись довести первоначальный хлипкий заборчик до состояния крепостной стены.

Лысый, покончив с ковкой мачете, которые теперь были у всех, и прочими мелкими делами, приступил к изготовлению двух больших арбалетов, на которые пошли целиком самые длинные рессорные полосы. Тетивы он сделал из тросиков ручных тормозов. Рычажные механизмы растягивали эти тетивы довольно-таки легко и шустро – оружие получилось мощным, скорострельным и точным. Стрелы для него вышли размером с короткие копья. Беглой стрельбой из обоих арбалетов сразу можно было, пожалуй, остановить броненосца покрупнее того, что мы уже убили. Правда, поселок оставался беззащитным против гигантских хищников, но мы утешали себя тем, что вряд ли они станут специально охотиться на столь мелкую добычу, как люди.

Арбалеты установили на построенных для них вышках, прикрыв самые уязвимые места изгороди. Мы до сих пор не знали, водятся ли в лесу опасные хищники, живущие на деревьях. Впрочем, против такой опасности мы тоже не могли защититься – свалить все деревья, с ветвей которых звери могли спрыгнуть прямо в поселок, оказалось бы нам не под силу.

Да и заниматься этим нужно было до строительства хижин и прочего, а не теперь.

С каждой неделей нам приходилось добираться до болота все дольше. Оно отступало, и вскоре мы догадались, что попали в джунгли сразу после сезона дождей.

– Вот и хорошо, – сказал Вася, когда нам в очередной раз пришлось протащить лодки до воды лишних двадцать метров. – В следующий сезон поселок точно не зальет.

– Жаль только, что это случится не благодаря нашей предусмотрительности, – сказал я.

 – Насколько помню, когда мы сюда пришли, никто о таких мелочах не думал.

– Себе всегда прощай! – наставительно сказал Вася, поднимая вверх указательный палец.

– Ага, – согласился я. – Особенно часто нам предстоит прощать себе косяк с выбором места, если следующий сезон окажется дождливей предыдущего и поселок все же зальет. Придется ввести обычай ежедневного отпущения грехов. А то все передеремся, выясняя, кто виноват.