Своя игра – 1. Уклонист его величества

Жители готовились к ночи словно к осаде, и эти приготовления невольно пугали. Чувствовалось, что не суеверия им причиной, а действительные угрозы. Может, я и в игровом мире, но игры тут ведутся серьезные. Кто же создал эту реальность, как она возникла? Надо все же выбрать время и почитать Писания. А в будущем желательно и тексты посерьезнее найти. Вдруг пойму заодно, попало сюда лишь мое сознание, или тело тоже. Затянуло ведь моментально, ничего не успел понять.

Децимы шли друг за другом в порядке нумерации. Наша – последней.

По дороге то от одной, то от другой группы откалывались отдельные рекруты и сворачивали в боковые улочки.

– Куда они? – спросил я.

– На квартиры, – ответил Меченый. – Пока сотни формируются и стоят в городе, это дозволяется.

– Да, – подтвердил Друвайер. – У кого есть деньги, те на квартирах живут. Зачем им казармы.

– У тебя деньги есть, – заметил Скип. – Но ты же не стал снимать.

– Они у меня есть не потому, что богатый. А оттого, что привык жить экономно. И зачем мне от вас отрываться? Кто знает, сколько придется вместе служить.

– Ты и сам не встал на квартире, – обратился к Скипу Меченый. – Хотя денег у тебя побольше должно быть, чем у Друвайера. Или издержал все на то дело?

– Нет, не все. Но тоже не хочу отрываться от децимы. Я к обществу приучен. В трактире с утра до вечера посетители, и я терся меж них сколько себя помню. Родители меня к дядьке рано пристроили – как только начал что-то соображать. Мечтали, что я тоже трактирщиком стану.

Да вот, не дала судьба.

– А что случилось? – спросил я.

Скип только тяжело вздохнул.

– Вышиб он из трактира не того человека, – невесело хохотнул Меченый. – За дело вышиб, за драку, но драчун оказался из знатных. И с большими связями. Спесь у него взыграла, и Скипа чуть не отправили на каторгу. Еле-еле удалось ему откупиться, но не совсем, а с условием, что в ополчение пойдет. Вот и оказался с нами.

– А ты как в ополчение попал? – задал я новый вопрос, уже Меченому.

– Да скрутили меня за разбой, понимаешь, и отправили на Сорорские рудники.

А это, брат, такое место, что на свободу оттуда выходит мало кто. Прикинул я так и эдак – не видно других путей, как только на войну определиться. Ну и начал махать киркой, будто на себя работал. В склоки тюремные не лез, вел себя примерно. Пару найденных самородков припрятал и задарил их после кому надо… В общем, позволили в ополчение. Солдат не хватает – многих каторжников уже в войска отправили.