Смута

Кстати, я привез с собой слезное прошение вашей супруги вернуть горячо любимого мужа, чтобы он отбывал срок на родине.

– Чушь, господин адвокат! У меня никогда не было супруги.

– Теперь есть. Ее зовут Виолетта.

– Что? Эта минетчица?.. В гробу я ее видел!

– Разберетесь, когда вернетесь в Россию.

– Что меня там ждет?

– Работа, которой вы занимались прежде.

– Для этого я должен быть свободен.

– Это забота Пилота…

Акинолос откинулся в кресле, прикрыл глаза. На лице его не читалось ни чувств, ни мыслей.

– Что вы решили, Акинолос? – спросил.

– У меня нет выбора.

– Мы с вами встретимся в 16 часов. На это время вызваны свидетели, видевшие вас у дома Луиджи…

Кузнецов нашел кнопку звонка. Вошедший карабинер показал Акинолосу на выход.

Пятеро стояли у стены. Все одного роста, все в клетчатых пиджаках и одинаковых замшевых туфлях. Акинолос стоял слева. Свидетелей они не видели, окно с их стороны было непрозрачным. Сами же были как на ладони.

Кузнецов подумал: оберегают свидетелей.

Не то что у нас.

Первой в свидетельский отсек вошла грузная, моложавая лицом дама. С ходу затараторила. Переводчик Толик шептал на ухо Кузнецову:

– Говорит, что у нее прекрасная память на лица. Стоит один раз ей кого-нибудь увидеть, моментально в памяти фотокарточка этого человека.

Седоусый представитель прокуратуры с трудом остановил ее. Предложил указать ей одного из пятерых, которого она видела в уличном колодце возле особняка Луиджи. Она, не задумываясь, указала на среднего.

Затем вгляделась в Акинолоса, поджала губы и ткнула в него. Но тут же решительно замотала головой и снова кивнула на среднего.

– Говорит, что признала его окончательно, – зашептал переводчик, – что ни с какими другими не спутает его свинячьи глаза.

Даму выпроводили. Следователь, приоткрыв оконце, сказал опознанному:

– Лоренцо, приношу извинения за «свинячьи глаза».

Пригласили второго свидетеля. Это был пожилой лысоватый мужчина. Он вглядывался поочередно в каждого.

Затем наклонил голову, произнес:

– Дело в том, что я хиромант. Чаще всего имею дело с ладонями рук. Тот человек был в матовых резиновых перчатках.

– Будьте любезны, подождите еще некоторое время в холле. Мы пригласим вас еще раз…

Минут через пятнадцать все пятеро были в перчатках. Свидетель лишь бросил взгляд на их руки. И еще до того, как указал на опознанного, в голове Кузнецова замкнуло цепочку: «Он!»

На адвоката навалились сумерки.