Каинова печать

Видно, с тех пор он сильно изменился. Он принёс рукопись. Это был его первый роман – «Новгород под снегом». Только тогда он назывался «Тверь под снегом». Замечательная вещь, я понял это с первых страниц. И лично пробил издание книги. Тиражик в пять тысяч два месяца пылился на полках… а потом случилось нечто невообразимое! Всё раскупили в три дня!

– Илья Ильич, вы издали первый роман Грановского. А мы о вас ничего не знаем, о вас никто не слышал. Он никогда публично не упоминал ваше имя, ни разу не выразил благодарность…

– Так уж получилось.

Мои возможности были ограничены. Мы могли предложить только самые скромные условия, ибо едва держались на плаву. Думаю, Сергей пришёл к нам только из-за уверенности, что крупные издательства его отфутболят. Тогда на книжном рынке ещё существовала конкуренция, гиганты перекупали успешных и перспективных авторов у мелких фирм – да и друг у друга тоже. Разин пронюхал о новом таланте и взял его в оборот. Что было дальше, всем известно. Карьера под стать голливудской. Назвать Грановского писателем – всё равно что назвать Христа уличным проповедником. Это целый культурный феномен.

– Да, и рождением этого феномена мы обязаны вам, – подхватил Доренко. – Но ни одного упоминания о вас я не помню.

– Строго говоря, в его успехе немалую роль сыграл грамотный маркетинг и значительные вложения в раскрутку… Да и сам он сделал всё, чтобы почаще мелькать на страницах газет. И написал он очень много – хотя непонятно, когда находил для этого время.

– Но ведь вы жили с ним в одном городе, причём очень тесном! Неужели он даже ни разу не позвонил?

– Так сложились обстоятельства. Наше издательство в 2009-м обанкротилось, и я давно живу тихой обывательской жизнью. Я далёк от мира книгоиздания. Зачем ему контактировать со мной? К чему это приведёт? – он горько усмехнулся. – Я помню, как столкнулся с ним один раз на улице. Он сделал вид, что не знает меня.

Я сам не заметил, как вскочил и закричал на Вебера:

– Как вам не стыдно! Зачем вы сюда явились? Пиарить себя? Да вы – вы все – и мизинца его не стоите!

– Бо-о-оже… – иронически протянул Доренко.

 – Какой текст, какие слова…

Я резко развернулся к нему:

– А вы… С вами я вообще говорить не хочу!

И бросился вон из студии.

Вдогонку донеслась насмешливая реплика Доренко:

– Ему надо отлить, он просто повод искал.

Дружный смех прокатился по студии.