Обратно в настоящее

Погода не располагала к прогулкам и людей было мало. Жерар пытался поговорить с двумя старушками, но после долгих объяснений выяснилось, что они не поняли о чем он спрашивал.

В сквере было больше нечего искать. Начинало темнеть. Жерар поежился от сырости и холода. Ужасно хотелось выпить коньяка. «Похоже, я занимаюсь откровенными глупостями», – подумал Жерар. – «Достойный ученый, а ввязался в какую-то детективную историю… без каких-либо данных… и еще с привкусом фантастики. Какой секретный объект? Какая аномалия? Тьфу!» Он вышел возле участка с особняком и остановился около решетки.

За домом виднелись какие-то хозяйственные постройки и въезд в подземный гараж. «Последняя зацепка, – свербила занудная мысль. – Похоже здесь они живут давно. Попробовать поговорить с обитателями особняка?… Или послать все это к черту?… А Полетт? Она же будет нервничать.»

Жерар нажал кнопку на входных воротах. Из домофона ответил вежливый, но немного тяжелый мужской голос.

– Что Вам угодно, месье?

– Простите, я преподаватель из Сорбонны.

Могу ли я пообщаться с кем-то из жителей этого дома? – ответил Жерар.

– С кем именно Вы хотели бы пообщаться, месье? – продолжились вопросы из динамика.

– Видите ли: я исследую историю этого района и мне не хватает сведений. Если кто-нибудь любезно согласится…

Через пару секунд из особняка вышел плотный лысоватый мужчина лет 45-ти в строгом костюме и направился к калитке. Одной рукой он открыл ворота, другой сделал дружелюбный жест.

– Прошу Вас, месье. Как мне Вас называть?

– Морис Жерар.

Доктор Жерар. А я с кем имею честь общаться?

Мужчина смотрел немного в сторону.

– Это частное владение месье Жюля Этьена.

Жерару было все равно, просто очень хотелось обогреться в помещении и, по возможности, выпить хотя бы чашку кофе. Они вошли в вестибюль. Внутри дом был отделан богато, но немного старомодно.

– Месье Жюля Этьена сейчас нет, – заявил мужчина, – Есть его брат – месье Клод Этьен. Подождите, я доложу о Вас.

«Что за важная птица, этот Этьен?» – подумал Жерар.

Вокруг было тихо, но какая-то тревожная мысль докладывала Жерару, что здесь еще немало людей. Впереди, над следующей площадкой парадной лестницы, тикали настенные часы, которые он успел разглядеть. В отличие от немного прямолинейной обстановки помещения, часы выглядели очень замысловато. «Смесь модерна и конструктивизма», – подумалось Жерару.

– Прошу Вас, – произнес мужчина, выходя из помещения слева от парадной лестницы и придерживая дверь.