Братья и сестры по оружию. Связные из будущего (сборник)

Как дела у тебя?

Лейтенант чуть обиженно отодвинулся.

– Какие дела? Порядок стараемся поддерживать. Всех беженцев, раненых и всю шушеру направляем на юг, на Каменец. Другие организовываются. Вон, уже почти рота готова. Есть чем пушки прикрыть. Люди подрастерялись, бывает. Со связью везде плохо. Но ничего, вот окопаемся. Приказ – прикрыть шоссе, ждать дальнейших распоряжений. Чего тут непонятного?

– Да ты не обижайся, – Катрин помахала листком с лаконичным указанием, – дай лучше спички.

Она сожгла записку.

Любимов посмотрел на пепел, спросил:

– Пока с нами останешься? Или как?

– Пока обстановка не прояснится, остаюсь. Рано еще мне идти.

Честно говоря, в том, что рано, Катрин была не очень уверена. Но вот так просто встать и уйти за сосны? Пиво в другом мире чересчур горчить будет.

Движение на дороге становилось интенсивнее. Все больше появлялось машин. Группы неразличимых с опушки людей и повозок упорно двигались на восток. Катрин надеялась, что большая часть этих уходящих от войны людей через пару километров свернет к югу.

Те, кто рискнет двинуться на Бродно, очень скоро попадут под гусеницы вражеских танков.

– А вам какие-нибудь указания по поводу перекрестка, – Катрин ткнула пальцем за спину в сторону невидимой развилки, – и нашей маскировки комполка давал?

– На перекресток отделение выслали. Чтобы людей заворачивали. А насчет маскировки… сама видишь: спрятали все, что могли. Васько тебе что, нас контролировать поручил? Он меня когда в полк отзовет? – подозрительно спросил Любимов.

– Ничего я не знаю. Просто догадалась. Я вообще часто догадываюсь, что дальше будет.

Лейтенант посмотрел в ее зеленые глаза и неуверенно спросил:

– А разве можно об этом говорить?

– Да брось. Я здесь не дату фронтового наступления выдаю. Что контрудар готовится, ты и сам знаешь.

– Пора уже. Четвертый день отступаем. Авиация подойдет, ударим всей мощью…

– Все не так оптимистично. Насчет отсутствия авиации ты уже понял. Только слепой не заметит.

Немцы в Бродно и прорываются к Луцку. Прорыв широкий, наши мехкорпуса, скорее всего, его не закроют.

– Как ты можешь говорить такое?! Если временные неудачи…

– Да не ори ты. Я же не бойцам рассказываю, а тебе. Ты в панику не ударишься. А соображать станешь лучше.

– Ладно. Ну, прорыв. Видно, немцы здесь кулак собрали. Дальше, на что они надеются? Неужели к Житомиру прорваться?

– Могут и дальше. Ты глаза не выкатывай. Не на политинформации сидим.