Пожизненно. Цитадель в огне

Что было, то прошло. Теперь новая жизнь начинается. Вот, – сестра поставила на край ванны блюдо с персиками, – ты всегда в воде что-нибудь пожевать любила.

Машка изрекла еще какую-то глупость и вышла. Времени у благородной леди не хватает. Это хорошо. Смыться будет легче.

Никаких колебаний на этот счет Даша не испытывала. Поняла, что убежит, еще когда стерва Машка вынудила в замок ехать. Фига с два вы заставите человека жить там, где он не желает. Человек, между прочим, выкормил самого большого кабана в Западном углу.

Человек, между прочим, двух обидчиков собственной рукой прирезал. А ванна, да личная комната… Все это хорошо – переживем, глазом не моргнем, себя не выдадим…

Персик был сочный, но какой-то несладкий. На берегу реки фрукты куда вкуснее казались. Особенно когда на покупку лакомства можешь выкроить единственный медный «щиток».

Даша, причмокивая, ссасывала персиковый сок. Милостиво подставляла ногу. Ступня покоилась в крупных красивых руках Бэб. Служанка осторожно работала ножничками.

С ногтями у Даши все было в порядке – небось у самой руки имеются. Но ножом, да грубыми ножницами, настоящий педикюр не сделаешь. Пусть работает. Интересно, эта рослая тетка – личная служанка Машки? Опыт чувствуется. В банях таких мастериц ценят. Чем-то эта Бэб бывшую Перчатку напоминает. Возрастом и даже лицом. Черты правильные, но красивыми их не позволяет назвать некоторая незавершенность. Чуть-чуть яркости, краски… Ну, Мари не позволит никаких намеков на конкуренцию. Хотя черноволосая подружка у сестры – это что-то новенькое. Раньше, в досмертном мире, Машка таких красавиц и на дух не переносила. Все меняется.

Бэб перешла к рукам девушки. Даше пришлось сполоснуть от сока пальцы, прежде чем подать ладошку служанке. И щеточка, и инструменты – почти как в салоне на Большой Ордынке, куда всегда ездила мама. Стало грустно. Много чего Машка успела – и в замке обосноваться, и настоящей секс-бомбой стать, и прислугу идеальную в Средневековье подыскать. Только вот родной сестрой перестала быть.

В глазах предательски защипало. Вот же свинство, прости, покойный Вас-Вас. Нужно удержаться. Ты девушка глупая, наивная, сейчас обязана тупо жизни радоваться.

– Позволите? – в руках Бэб блестела бритва.

Ой, интимную прическу предлагают? Ну, да, Машка всю жизнь непримиримо ненавидела «атавистическую волосатость». Ну и ладно. Даша приподнялась из воды, положила одну ногу на приятно прохладный мрамор.

– Вы очень юная, – тихо заметила Бэб.