Пожизненно. Цитадель в огне

Даша, без особого энтузиазма чистившая апельсин, осторожно спросила:

– Он старше вас был?

– Всего на пять лет, – Эле разломила яблоко. – Мы ему и няньками были. Не знаю, выберется ли он сейчас. По слухам, что среди солдат прошли, принц Берн или в плен попал, или успел с остатками личной охраны от окруженных барок в пустоши прорваться. Столько лет прошло, а я, как бабка старая, за него все волнуюсь.

– А я за своих волнуюсь, – сказал Костяк, мрачно глядя на одинокий огонек свечи.

 – Наверное, надо из города уходить. Пираты Флота шутить не будут. А если узнают, что мы с Ашей лично их шпионов на речное дно прибрали, могут и поохотиться. Сейчас про нас найдется кому настучать. Лучше на Пустые хутора заранее отойти, если у Гвоздя на нас отдельных планов не имеется. Как думаешь, Эле?

– Про вашего главного ворюгу ничего не скажу. Думаю, пираты на вас с девочкой охотиться не станут. Нужны вы, когда здесь такой город ждет. Пираты тем, что поценнее, займутся.

– Хозяйка, если насчет того, что поценнее, так здесь деньги лежат, – немедленно откликнулся откуда-то из глубин комнат полукровка. – Нам нельзя брать?

– Очень даже «льзя», – сказала Даша. – Сестрица прямо сказала, чтобы забирали все, что поценнее. Попадет ведь в чужие руки. А наши руки не чужие. Я, между прочим, прямая наследница. Что мы зря сидим? Давайте соберем что полегче.

– Выходит, мы еще раньше пиратов грабить начнем? – с осуждением пробормотала Эле.

– Вы, хозяйка, извините, но город еще вчера делить начали, – сказал, поднимаясь, Костяк. – А леди Мари действительно сказала, чтобы мы забрали ценности. Что же мы их пиратам жертвовать будем?

– Смотрите, какую я сумку крепкую нашел, – объявил полукровка.

Груда вещей быстро росла на столе. В основном забытые на столиках и сундуках драгоценности и безделушки, серебряные «короны» и тяжелые полновесные «быки» из рассыпанного второпях кошеля, подсвечники и посуда.

– Вы это что? – не выдержала Эле. – Как тащить такую тяжесть собираетесь? Война на пороге. Тут бы до дома невредимым добраться. Ты, Костяк, эту железку вместо щита использовать собираешься? – женщина постучала по овальному блюду, на котором свободно мог поместиться какой-нибудь юный Вас-Вас.

– Многовато, – неохотно признал лохматый. – Возьмем только деньги и побрякушки. Остальное здесь припрячем. Может, удастся вернуться.