«Штрафники»

Может, результат таблеток? Ведь не один килограмм уже сожрал. Совсем беда – частично сам-тот, а бред так плотненько вокруг концентрируется. Андрей толкнул блеклую бумажно-деревянную дверь – точно, кассовый зал. Темный и пустой по ночному времени. Слева кабинки касс – вот лежат листы планов мест зрительного зала. Андрей прохромал дальше – в застекленном помещении кассового зала было относительно светло. Видна Бирлюковская: довольно плотно движутся машины, снизу, от платформы, припозднившийся пеший народ проходит. Андрей нашел глазами полицейскую «Газель» – сидят без огней.

Наличие нормального мира слегка успокоило. Может, еще ничего, подлечат. Нам не привыкать. Даже чуть-чуть забавно. Андрей поднял фонарь, направил на табло над кассами. Сеансы – 10, 12.30 и так далее. В малом зале первый начинается в 9.30. Что ныне демонстрирует кинотеатр, неизвестно, – места для плашек с названиями худфильмов, выведенными неизменной синей краской, пусты. Так далеко бред не распространяется. Ну-ка – Андрей перевел луч фонаря на вывеску рядом с входом в администраторскую: «Сегодня вас обслуживают: сменный администратор… кассиры… контролеры… киномеханики…» Пусто.

Нет нынче обслуживающей смены, что и неудивительно. Ночь нынче. Бредовая.

Андрей помотал головой, оглянулся. За стеклами продолжалась жизнь. Две девицы безуспешно ловили машину недалеко от «Газели» с группой прикрытия. Левее мигал огнями ночной магазинчик. Все как обычно. Только ничего этого никак не могло быть. Хотя бы потому, что никаких стекол здесь нет.

И кассового зала, облицованного грязновато-светлым мрамором, тоже уже нет. Стена здесь у нынешнего «Боспора» замурованная. И вовсе не кассовый зал внутри, а задняя часть кафе с караоке. А рядышком комнаты охраны. Шел бы ты, убогий, да обдумывал, стоит ли кому о таком наваждении рассказывать.

Андрей повернулся, взялся рукой за ручку двери и замер. На стене появилась одна из плашек: «Киномеханик II категории Феофанов А.С.».

Нет, нужно будет утром в госпиталь ехать. Определенно побочное действие таблеток.

Ничего страшного, рассосется.

Андрей ввалился в администраторскую. Сел на крепкий металлический стул. На столе лежала пара шариковых ручек по 35 копеек, журнал сдачи смен, стоял серый, видавший виды телефон. Андрей жалобно посмотрел в окно – по Бирлюковской, игнорируя разделительную, пронесся «БМВ». Там XXI век, здесь 80-е годы прошлого. На стене из фанерного ящичка торчит «Книга жалоб и предложений». Андрей неуверенно извлек книгу.