Рок. И посох в песках оружие. Том второй. Западня

Матос почувствовал, как отяжелел его затылок, будто бы его уже прислонили к перекладине креста…

– …У Спендия ранена рука! Это произошло уже в самом конце сражения, когда он прикрывал отход своей конницы! Карфагеняне ворвались в лагерь, чтобы освободить своих пленных! Многих они смогли освободить, но большую часть Спендий успел казнить! Приняв это решение, уже в самом лагере! Убитых увезли с собой! А их тела, распинали на крестах, по пути своего отступления! Спендий и Авторит спрашивают тебя, что ты намерен делать и с кем ещё захочешь заключить союз?!

Лицо Матоса стало каменным от гнева.

– И эти, два побитых пса, смеют ещё злорадствовать надо мной? Надеюсь, теперь спесь, немного, сойдёт с великого стратега Спендия! Должны же чему-то научить полученные подряд два страшных поражения?! А, что же, их латинская лисица, Альба? Не поделилась планом гениального сражения?

Матос, вдруг вспомнил о советнике латинянине, что имел связь с Корфой. Это воспоминание свело его гнев на нет!

– Этого никто не знает?! Он пропал перед битвой и больше не давал о себе ничего знать?.

При этих словах Матос, первый раз, за все время взглянул на Корфу.

– Он не вернулся, с засады, которую устраивал на кого-то, перед самой битвой…

Глаза Матоса, теперь, заблестели явным интересом… Глаза колдуна тоже…

– Спендий, знает только, что отряд того, на кого устраивалась облава, прошёл сквозь неё, оставив только трупы! Дуфф, смеялся до слез, рассказывая это в лагере! После, той засады пропал и Альба! – Рассказчик закончил своё повествование.

– Значит, получается, что теперь нет никаких советников-латинян? Не у меня! И не у Авторита? – Матос повернулся к колдуну, – Ты этого добивался Корфа?

В его взгляде, читалось недоверие, от которого по спине колдуна пробежался холодок. Колдун не сразу нашёлся с ответом:

– Наш Вождь, могучий Матос, не должен сокрушаться по поводу отсутствия советников-латинян. Нужно поразмыслить, что нужно предпринять против политики Гамилькара, коей он разрушает наши ряды? Скоро все ветераны перейдут к Гамилькару, как это сделал и твой греческий арьергард, который ты оставил, прикрывать наш отход! Смерть Поликарпа не вылечила души воинов и посеянные им сомнения в правильности их выбора стороны конфликта, заставили их перейти на другую сторону!

Корфа умело перевёл акцент на другую тему, мучавшую Матоса не меньше первой.