Стагнация

Я даже хочу включить это в проекционный лист!

– Серьезно? Тебе настолько там понравилось? Будешь вспоминать, как накидывались всю ночь?

– Да ты чего? Там ведь все мои были, я тебе говорю! У меня с ними всего два нормальных воспоминания было. И то детства больше. С некоторыми еще профильная школа, но там еще меньше.

– Ты если каждое событие будешь в лист пихать, только на него работать и сможешь.

– Пока еще могу позволить.

– У тебя большой список?

– Где-то пятьдесят воспоминаний. Прям знаковых таких.

– Ого! И как? Поди кейс твой часто пересматривали на работе?

– Пару раз точно. Думаю, еще одно посещение в месяц я могу выбить. Жаль, что чаще раза в неделю нельзя. Сказали, что вредно. Хотя у меня коллега – ему медцентр разрешил семь посещений в месяц. И ничего.

– Так пройди тесты заново?

– Да, надо будет. Мы там так зажгли, что теперь можно больше такое и не повторять, моделирования хватит.

Марк не все понимал из разговора, а потому не стал долго вслушиваться в их речь.

Он отвернулся к иллюминатору, стал смотреть в вечернее небо и сон сморил его. А открыл глаза лишь после того, как куратор сильно потряс его за плечо.

– Хей! Мы идем на посадку, – сообщил тот, – ты крепко вырубился, укачало?

– Вроде нет. Прилетели?

– Через пару минут сядем, говорю. Ладно. Доспишь уже в своих апартаментах. После аэровокзала прямиком туда. Мне самому нужно заселиться, а еще тебе все показывать.

Очертания огромного города были скрыты под летней ночью.

Перед глазами Марка проносилось лишь множество огней и широких полос дорог. Лайнер садился так же вертикально, как и взлетал. Никакой тряски и перегрузок, легкий толчок, когда шасси коснулись земли и полет был завершен.

Пока Марк был заворожен приземлением, Пир по ППК арендовал им автомобиль, отчитался перед начальством и теперь пролистывал какие-то документы на коммуникаторе.

– Апартаменты нам выделили в центре левого берега, – сказал он, когда тот повернулся к нему.

На Марка навеяли воспоминания о городе, который он знал когда-то.

Новосибирск был разделен широкой рекой Обью, и жители города относили его районы к левому и правому берегам. Центр левого берега всегда ассоциировался у Марка с единственной площадью – Маркса. Сейчас он не был уверен, что все состояло именно так, как он помнил. Куратор не знал ответов на его вопросы о городе. Не ответив на очередной, Пир посоветовал просто найти всю нужную информацию через коммуникатор.