Каникулы в Останкино

Однажды я записал этот стишок, чтобы выучить и декларировать по возможности в будущем. Первоисточник в печати и автора она не знала, звучало оно со слов бабушки примерно так:

По хозяйству я помощник, в доме дворником служу,

Сорок лет у господина за порядками слежу.

Барин мной всегда доволен, редко он меня ругал,

В воскресенье раз в неделю пятачок мне выдавал.

Раз прислал мне барин чаю и велел его сварить,

Но я отроду не знаю, как проклятый чай варить?!

Вот я взял полфунта чая и весь высыпал в горшок.

Положил я луку, хрену и морковки корешок.

На таган я чай поставил, да лучиной замешал,

За огнём смотрел я зорко, чтобы чай не убежал.

Чай мой вышел – объеденье! Раз ещё прокипятил,

А потом для украшенья сверху маслица подлил.

Снял горшок я, сажу вытер и поставил чай на стол.

Положил к тарелке ложку, тут и барин подошёл.

«Чай готов – извольте кушать!» – Снял я с барина пальто.

«Молодец, приятно слушать, вот хвалю тебя за то.

Если будешь ты примерно, как сейчас, всё исполнять,

То на праздники, наверно, подарю рублишек пять».

Пять рублей вот это деньги! Можно вволю погулять!

И Акулька-недотрога меня будет уважать.

Слышу, барин рассердился, меня в горницу позвал,

В волоса мои вцепился и таскал меня, таскал.

Сильно очень он ругался, злой по горнице ходил,

Тут попалась ему палка – вплоть до кухни проводил.

Долго думал и гадал я, чем не смог я угодить,

Наконец я догадался: чай забыл я посолить…

Ох, как мы ухохатывались от процесса заварки чая,

особенно от неожиданной догадки дворника…

Долгие деревенские зимние вечера я коротал в обществе моей любимой бабушки Тани и двух младших сестёр. Родной и двоюродной. Так как дневные дела мы заканчивали перед приходом темноты, а смурнеть зимой начинает раньше, чем заканчиваются неисчерпаемые детские силёнки, то с удовольствием посвящали вечера слушаниям бабушкиных рассказов.

Любила бабушка усаживать внучат подле себя и пересказывать интересные случаи из жизни Иисуса Христа. Не перечитывала Библию или выдержки из многочисленных старинных книг из секретного сундука, а вела сказы своими словами. Простенько говорила, словно Иисус давнишний её знакомый. У нас создавалось впечатление, что проживает он где-то рядышком.